Тормозят закон о банкротстве физлиц незаинтересованные в нем банкиры и налоговики в РК

Алматы. 12 сентября. КазТАГ – Тулкин Ташимов. В Казахстане тормозят закон о банкротстве физических лиц незаинтересованные в нем банкиры и налоговики, считает финансовый аналитик Арман Бейсембаев.

«Банкротству физических лиц сопротивляются, прежде всего, сами банки, так как в законе есть указание, что если банк списывает или прощает кредит, то у него возникают налоговые обязательства – банк обязан уплатить налог по списанному кредиту, как если бы он получил с этого прибыль. Разумеется, ни один банк на это не пойдет – мало того, что пришлось списать кредит, так еще и придется заплатить налог за него. Поэтому банкам выгоднее сделать такой кредит проблемным и пытаться вернуть его. В конце концов, банкротство – это в любом случае неприятная для банка процедура, так как кредит придется списать, а выданные деньги уже никто не вернет, а это потеря активов. В свою очередь налоговые органы не хотят идти на уступки и изменить данную норму по обязательству уплаты налогов при списании кредита, так как это потенциальная потеря источника их получения», — прокомментировал Бейсембаев для КазТАГ требование депутата мажилиса Дании Еспаевой о незамедлительном внесении на рассмотрение парламента законопроекта о банкротстве физических лиц.

Насколько я помню, продолжил эксперт, в прошлом году по этому вопросу были достаточно бурные обсуждения, которые так ни к чему и не привели.

«Воз и ныне там: банкам не нужен этот закон, потому что возникают налоговые обязательства, а налоговые органы не хотят и не собираются менять данную норму в законе», — отметил собеседник агентства.

Причем, заметил спикер, проблема лежит, прежде всего, в институциональном правовом поле.

«В прошлом году о необходимости принятия закона уже высказывались, причем сами дискуссии идут еще с 2014 года. Уже тогда были освещены те моменты, которые мешают введению этого, безусловно, необходимого закона, но вопрос никак не решается», — поделился предысторией Бейсембаев.

Дело в том, подметил эксперт, что у нас в законах заложены ряд моментов, которые делают саму процедуру банкротства либо крайне нежелательной, либо практически невозможной.

«К примеру, у нас сейчас процедура банкротства разрешена только для юридических лиц и предпринимателей. Однако мало кто знает, что объявление себя банкротом навсегда закрывает предпринимателю возможность заниматься бизнесом. Юридическому лицу, прошедшему процедуру банкротства, законодательно запрещается впредь учреждать предприятия – ему больше нельзя оформлять на себя ИП или ТОО. Поэтому разорившийся бизнес или приостанавливает деятельность (де-факто повисает в воздухе), или продается другому лицу, или проходит процедуру ликвидации. При этом налоговые и прочие обязательства с него не снимаются. Закон существует, но на практике не пользуется популярностью», — констатирует собеседник агентства.

На вопрос, права ли мажилисмен Еспаева, когда утверждает, что если бы в Казахстане был принят закон о банкротстве физических лиц, то идти на широкомасштабную кредитную амнистию и тратить на нее Т106 млрд не нужно было бы, спикер ответил, что «необходимо разобраться в сути этой кредитной амнистии».

«Проведенная кредитная амнистия – это лишь полумера в виде разовой акции, которую оплатило государство из налогов самих же граждан. И это порочная практика, которая по сути своей не решает вопрос фундаментально и окончательно – через некоторое время с высокой долей вероятности мы получим те же проблемы и ту же картину с потребительскими кредитами, что были до кредитной амнистии», — уверен Бейсембаев.

В свою очередь, пояснил эксперт, принятие закона о банкротстве физических лиц переведет вопрос из плоскости разовых административно-директивных мер в плоскость институциональную и правовую, которая действует на постоянной основе.

«В этом случае мы имеем четко прописанную процедуру и правила, а вопрос решается между банком и заемщиком, где списание кредита является собственным риском банка», — уточнил собеседник агентства.

По мнению спикера, сам по себе закон о банкротстве физических лиц не является панацеей от всех проблем для всех.

«Это крайняя мера, которая может облегчить жизнь человеку, попавшему в трудную, а иной раз, и в безвыходную ситуацию. Поэтому и воспользоваться этим смогут далеко не все граждане из того списка, которые попали под недавнюю кредитную амнистию», — подчеркнул Бейсембаев.

К примеру, дополнил эксперт, в России с момента введения закона о банкротстве физических лиц ежегодно через процедуру проходят порядка 15-25 тыс. граждан из 700-800 тыс. потенциальных банкротов, и это число продолжает расти.

«Опираясь на эти данные, можно сказать, что у нас из 500 тыс. человек под банкротство физических лиц могли бы попасть от силы 5-10%. Однако это та часть, которая на самом деле находится в безвыходном положении и банкротство является единственным способом решения вопроса. Но даже это представляется довольно неплохим шагом, чем полное отсутствие такого закона», — заметил собеседник агентства.

Разумеется, убежден спикер, в этом плане много нюансов, которые нужно учесть.

«Закон нужно писать таким образом, чтобы он по итогу не оказался неработающим, чрезмерно карающим или оставлял бы большие бреши для так называемых «лже-банкротов», которые завалят суды своими обращениями. Необходимо изучать наилучшие мировые практики в этом поле и адаптировать их под наши реалии», — резюмировал Бейсембаев.

Напомним, 11 сентября депутат мажилиса Дания Еспаева потребовала незамедлительно внести на рассмотрение парламента законопроект о банкротстве физических лиц.

«Депутатская фракция ДПК «Ак жол» просит правительство внести законопроект о банкротстве физических лиц, а в случае его неготовности заявляет о намерении повторно внести свой законопроект, отвергнутый правительством в 2015 году», — говорилось в запросе Еспаевой на имя первого заместителя премьер-министра РК – министра финансов РК Алихана Смаилова и председателя Национального банка РК Ерболата Досаева.

Новости партнеров

Загрузка...