Война Миров. Путин – Асад – Эрдоган в сирийской головоломке

У войны много побочных эффектов.

Сводки боевых действий в Сирии показывают, что слоеный пирог участников, когда можно было с высокой долей вероятности вычленять войска Башара Асада, протурецких боевиков в Идлибе, «самостийных» головорезов в Идлибе, российские войска, турецкие войска, курдские отряды, ЧВК, иранских басиджей или бойцов «Хезболлы» – закончился. Теперь все перемешалось на сравнительно небольшой территории и повышение интенсивности противостояния может привести к самым непредсказуемым последствиям. Больше всего наблюдатели опасаются крупного прямого столкновения между армейцами России и Турции, поскольку помимо собственно военных последствий это неизбежно будет иметь и геополитическое продолжение.

Турецкий проект в сирийской провинции Идлиб уже потерпел стратегическое поражение. Отсюда с одной стороны такая бурная информационная реакция от президента Реджепа Тайипа Эрдогана, а с другой – продолжение наступления войск Башара Асада на позиции боевиков. Наиболее боеспособные и мотивированные антиправительственные военные формирования в Идлибе большей частью уже «утилизированы». Из-за этого турецкие артиллерия и бронетанковые части вынуждены заниматься прямой поддержкой боевиков на поле боя, а турецкий спецназ действует непосредственно в их боевых порядках. Как результат, российские авиабомбы и ракеты выкашивают турецких военнослужащих и бронетехнику вместе с террористами, поскольку сепараторов на них нет.

В разгар «арабской весны» на территории Сирии центральное правительство контролировало очень скромную территорию, в которую даже ряд районов Дамаска – столицы государства – не входил. В то время фронт в основном держали иранские и проиранские формирования, а с воздуха их поддерживали ВКС России. Но годы шли и на полях сражений произошли количественные и качественные изменения. Нынешняя армия под руководством президента Башара Асада имеет обширный боевой опыт, хорошо вооружена и экипирована. Поэтому ее успехи в ходе февральского наступления в Идлибе совершенно закономерны. За долгое время совместных действий с воздушно-космическими силами РФ сирийская армия хорошо отработала вопросы взаимодействия и связи, благодаря которым российские самолеты и вертолеты точно «работают» по целеуказаниям с земли.

За годы правления президента Эрдогана турецкая экономика удвоилась в своих размерах. Как результат, выросли геополитические амбиции, в правящей элите и национально озабоченных кругах стал популярен неоосманский курс, заключающийся в попытках возродить хотя бы часть былой славы и мощи Османской империи. Поэтому уже в начальный период гражданской войны в Сирии Анкара присмотрела для себя очень солидные куски территории, которые с одной стороны населены тюркским меньшинством, а с другой примыкают непосредственно к границам Турции.

Своеобразным «Сталинградом» в ходе сирийской войны стало сражение за Алеппо в 2016 году, когда город был взят под контроль правительственными войсками и их союзниками. Проигравшим в Алеппо боевикам и членам их семей по специальному коридору разрешили покинуть город в направлении Идлиба (вместе с оружием). По согласованию между различными сторонами (в первую очередь Сирия, Россия, Турция и Иран) в Идлиб вообще перевезли кучу всевозможных головорезов с других сирийских территорий, назвав его «зоной деэскалации».

По Идлибу имеется целый ряд многосторонних договоренностей. Согласно подписанным соглашениям, турецкая сторона должна была отделить исламистских боевиков от протурецких и нейтрализовать их в военном отношении (то есть либо разоружить, либо вывезти за пределы зоны деэскалации). Данное положение договоренностей Анкара не исполняла, из-за чего с территории Идлиба постоянно совершались атаки беспилотниками по российской авиабазе Хмеймим, а порой и минометные обстрелы в ходе вылазок. Сбивать начиненные взрывчаткой несложные в изготовлении беспилотники-камикадзе элементарно дорого, поскольку боевики запускали их много. В ходе удачных атак получалось вывести из строя боевые самолеты, а там стоимость одной штуки идет на десятки миллионов долларов.

В 2019 году сирийская правительственная армия при российской поддержке с воздуха занялась Идлибом всерьез. Сначала был срезан южный «аппендикс» подконтрольной террористам территории, а потом их «обжали» еще сильнее. На этом успехи правительственных войск Дамаска закончились, поскольку турецкая артиллерия создала такое огневое давление в помощь подконтрольным боевикам, что войска Башара Асада встали.

Февральское наступление сирийских войск привело к несколько неожиданным результатам. Подразделения армии Асада быстро взломали оборону протурецких и исламистских формирований, после чего стали быстро занимать один населенный пункт за другим, включая стратегически важные города Маарет-ан-Нуман и Серакиб. Благодаря этому правительственные войска взяли под свой контроль стратегическое шоссе М5, ведущее из Дамаска в Алеппо. По сочинским договоренностям 2018 года Турция должна была обеспечить для сирийского правительства использование данной дороги, однако боевики на нее никого не пускали.

Теперь боевики в Идлибе ведут контрнаступление на позиции правительственных войск Сирии при поддержке турецкой армии, чтобы вернуть хотя бы часть территории. Реджеп Тайип Эрдоган обещает наращивать турецкий контингент, чтобы сокрушить армию Башара Асада по полной программе. В итоге турецкие и сирийские военнослужащие на поле боя уже встретились в полном контакте, а с российским участием пока исчерпывающей ясности нет. Например, удар по турецкой колонне бронетехники, который приписывался российским бомбардировщикам Су-24, вроде как нанесла сирийская авиация, которая располагает такими же машинами.

Репетиция российско-турецкого противостояния уже была в 2015 году, когда после уничтожения боевого самолета ВКС РФ турецким истребителем Москва ввела против Анкары обширные экономические санкции. Тогда финансовые потери заставили президента Эрдогана извиниться, а затем стороны вернулись на мирные рельсы. В настоящее время Турция запретила российским боевым и военно-транспортным самолетам пролет над своей территорией, а Россия не пустила к себе больше двух сотен фур со скоропортящейся турецкой сельскохозяйственной продукцией (в первую очередь помидоры). У россиян резко выросло транспортное плечо перелетов в Сирию (больше временим и ГСМ), а турецкие производители потеряли свыше $30 млн. Более серьезными аргументами в споре могут стать вещи вроде закрытия Босфора для прохода российских боевых и военно-транспортных кораблей, которые снабжают военную группировку РФ в Сирии и армию данной страны. Однако это из разряда очень серьезных и крайних мер, на которые Кремль может ответить симметрично.

На словах Турцию поддерживает президент США Дональд Трамп, но словесной поддержке Реджепу Эрдогану мало. У него в стране за последний год сильно ухудшилась социально-экономическая ситуация (в том числе из-за падения лиры), вторая по количеству мест в парламенте партия (кемалисты) выступает против военной операции в Сирии, растет раскол между националистами и исламистами. За спиной российского президента Владимира Путина нет негативного давления общественного мнения по сирийскому вопросу, из-за чего поле для маневра куда шире. Франция и Германия, которые де-факто привлекаются в качестве арбитров в русско-турецком споре по Сирии, более благосклонны к Москве, поскольку Анкара при Эрдогане успела изрядно испортить отношения что с Парижем, что с Берлином.

Есть еще ряд игроков, которые не попали в фокус медийного внимания последних дней, но оказывают серьезное влияние на общий ход процессов. В первую очередь это Иран, который как и Россия выступает за территориальную целостность Сирии и оказывает Дамаску внушительную военную поддержку по самому широкому спектру. Еще у Тегерана есть обида к Анкаре за то, что та участвует в нефтяном эмбарго против Ирана, которое проводит в жизнь администрация Дональда Трампа. Очень важным фигурантом выступает Греция, которая фактически превратилась в экзистенциального врага Турции. У них друг к другу претензии за Кипр, добычу углеводородов в Эгейском море и еще за много чего. Ситуация в Сирии определенными нитями связана с событиями в Ливии, где у поддерживаемого Анкарой официального правительства положение отнюдь не блестящее. Курды при любом сценарии развития турецко-сирийского противостояния будут играть против Эрдогана.

В самом тяжелом положении сегодня турецкий лидер. Крах Идлиба – это не только удар по претензиям Турции на особую роль на постосманском пространстве, но и болезненный ущерб для имиджа самого Эрдогана и того образа Анкары, который он такими усилиями создавал. Сегодня самые высокие ставки у него, при этом мираж короткой победоносной войны гораздо менее четкий, чем вероятность собирать выбитые зубы сломанными руками. Война – это настолько сложная штука, что даже уверенно развязав ее невозможно по собственному желанию закончить.

***

© ZONAkz, 2020г. Перепечатка запрещена. Допускается только гиперссылка на материал.

Новости партнеров

Загрузка...