В МВД утверждают, что репрессий не будет, но репрессии уже идут.
15 апреля Министерство внутренних дел Узбекистана выступило с беспрецедентной инициативой, пригласив независимых журналистов на встречу в МВД, чтобы развеять слухи о возможных репрессиях против негосударственных СМИ.
Такое стремление к диалогу со стороны МВД, хоть и порадовало, но не сняло напряженности среди журналистов и правозащитников, которые отмечают факты усиливающегося давления на независимую прессу и гражданское общество.
Встреча была организована после того, как группа журналистов обратились с открытым письмом к министру внутренних дел Узбекистана Закиру Алматову с просьбой отреагировать на серию публикаций в русскоязычном интернете о якобы готовящейся кампании преследований против независимых СМИ и правозащитников.
Анонимный автор под псевдонимом “Сафар Абдуллаев”, ссылаясь на секретные документы, якобы разработанные в недрах МВД, пишет о готовящихся крупномасштабных репрессиях против оппозиции, правозащитников и журналистов, намеченных на 2005-2007 гг.
Абдуллаев приводит список тех, кто якобы пострадает от репрессий в первую очередь. В “черном списке” значатся шестеро корреспондентов IWPR. С ними, по данным Абдуллаева, должны расправиться до конца августа этого года.
МВД Узбекистана на удивление быстро и позитивно отреагировало на письмо журналистов, пригласив их на разговор. В Узбекистане силовые ведомства, как и другие правительственные учреждения, обычно наглухо закрыты для прессы и публики. Встречу вел заместитель министра Алишер Шарафутдинов, который “ответственно” заявил журналистам, что никаких документов о репрессиях в министерстве нет и не было. “Это — сплошной абсурд. Ответственно заявляю, что никаких нормативных актов и приказов о репрессиях нет и не было. Тем более нет никаких “черных списков”, — сразу же заявил Шарафутдинов.
По словам Шарафутдинова, если журналисты не преступают закон, они могут быть спокойны. “МВД не собирается их преследовать”, — подчеркнул зам. министра.
По словам большинства журналистов, присутствовавших на встрече, они были удовлетворены ее результатами, так как вообще не ожидали какой-либо реакции от МВД.
По предположению некоторых журналистов, МВД пошло на диалог, так как в интернет-публикациях в качестве главного организатора репрессий назывался сам министр Алматов.
“МВД оказалось в сложном положении и было вынуждено отреагировать, — говорит журналист Кудрат Бабаджанов, тоже значившийся в “черном списке”. – Тем не менее, их реакцию я воспринимаю как положительный шаг”.
После встречи в министерстве многие журналисты говорили, что склонны верить представителям МВД, что те были с ними искренни, и планов репрессий, по крайней мере, у Алматова точно нет.
Однако некоторое чувство облегчения, появившееся у журналистов после разговора в МВД, уже вечером исчезло без следа.
Утром того же дня на встречу в МВД направилась известная правозащитница из Ферганы, руководитель “Клуба пламенных сердец” Мутабар Таджибаева. Она ехала в такси, когда примерно в 9.30 утра ее похитили — из такси пересадили в другую машину.
В 18.00 – через восемь с половиной часов после похищения — ее доставили домой в Фергану. Мутабар Таджибаева была так напугана, что отказалась рассказывать, кто ее похитил, и что с ней происходило все это время.
Очень слабым, каким-то “не своим” голосом Мутабар лишь сказала по телефону, что с ней были “очень страшные, сильные и злые люди”. “Мы — просто ничтожества по сравнению с ними, просто пешки”, — сказала она.
По словам Таджибаевой, она убеждена в том, что ее собирались убить в тот же день. Возможно, она избежала смерти, сказав своим похитителям, что сдала одну важную аудиокассету в международную организацию. Сегодня Мутабар обращается к журналистам лишь с одной просьбой – опубликовать ее предсмертные записки, которые она пишет в настоящее время. В них она рассказывает, где была и с кем имела дело во время своего похищения.
Произошедшее с Мутабар крайне расстроило журналистов и правозащитников, подтвердив их наихудшие опасения.
“Я не узнал ее голос. Что с ней сделали? Она готовится к смерти…”, — говорит журналист Юсуф Расулов.
О нарастающем давлении на них говорят и правозащитники в Джизакской области. Активист Общества по правам человека Узбекистана (ОПЧУ) в Джизаке Бахтиер Хамраев рассказал, что местные власти, органы милиции и Службы национальной безопасности не дают правозащитникам работать.
“Если раньше за нами следили негласно, то сегодня это делается открыто. За каждым активистом постоянно следует машина”, — рассказал Хамраев. Уже несколько дней в Джизакской области не может состояться собрание областной Ассоциации правозащитников. Людям просто не дают выйти из дома и доехать до намеченного места. По словам Хамраева, 14 апреля в Джизак приезжал заместитель посла ФРГ в Узбекистане, который планировал встретиться со многими джизакскими активистами, но не смог этого сделать, так как его предполагаемым собеседникам помешали явиться на встречу.
Журналист Тулкин Караев из Карши (Кашкадарьинская обл.) на встрече в МВД рассказал, что местные органы милиции заставляют его друзей писать объяснительные о том, почему они общаются с ним — человеком из “черного списка”. “Вот я сейчас здесь — в МВД, а в это время мой друг-хирург пишет объяснительную в отделении милиции”, — рассказал Караев зам. министра Шарафутдинову.
Другой журналист — Кудрат Бабаджанов – рассказал, что с марта месяца в его родной Хорезмской области сотрудники налоговой инспекции проводят незапланированные проверки торговой фирмы его жены Манзуры. Бабаджанов считает, что налоговые органы используются в качестве инструмента давления на него через его родных, как это часто делается в Узбекистане.
После длительной проверки, не выявив никаких нарушений, налоговики ушли, но на прошлой неделе вернулись, заявив, что Манзура якобы нелегально сдала свое золото в магазин в Ташкенте, и показали бумаги с ее паспортными данными. “Но Манзура никогда ничего не сдавала в Ташкенте. Это ложь”, — говорит Бабаджанов.
Журналисты пребывают в растерянности. Чему верить – примирительной, успокаивающей официальной позиции МВД или бьющей в глаза реальности?
Некоторые комментаторы полагают, что не стоит придавать значения положительным сигналам из МВД, так как главная задача власти в Узбекистане в настоящий момент – не допустить повторения у себя кыргызстанского сценария.
“Если даже у МВД и нет списков для репрессий, все равно они будут преследовать оппонентов – просто из инстинкта самосохранения”, — сказал в беседе с IWPR узбекистанский политолог, попросивший не называть его имени.
“Будут преследовать, чтобы спасти себя. Такова их природа, они себя изменить уже не смогут”.