Провокация. “Теневой” рынок и коррупция провоцируют население к ответным действиям

Коррупция связана с теневым рынком не только в структурах государственной власти, но и в национальных компаниях, в квазигосударственном секторе, о чем недавно заявляли некоторые депутаты парламента. “Теневой рынок” Казахстана - “железное” основание пирамиды, верхний уровень которой - коррупция. О том, почему и как можно бороться с коррупцией недавно заговорили глава правительства и глава профильного агентства. Услышали ли казахстанцы ответы на эти вопросы? Эксперты говорят о провоцировании появления новых протестных групп

По оценке финансовых полицейских, в 2012 году теневой оборот в Казахстане превышал $30 млрд, из которых часть денег уходила на коррупционные услуги.

В 2012 году теневой оборот в Казахстане превышал $30 млрд

Мы говорим “коррупция”, подразумеваем “теневики”

Премьер-министр Казахстана Карим Масимов признает, что уровень теневой экономики в стране высок и предлагает бороться с ним созданием условий для честного ведения бизнеса. По его мнению, доля теневой экономики от ВВП Казахстана может быть 19%, чуть больше или чуть меньше. Другой вопрос, какими способами и методами мы должны противодействовать коррупции, выведению “в белую” вопросов теневой экономики”, — сказал г-н Масимов, выступая в парламенте. Но ответ на свой вопрос дал не простой. Коррупцию и теневую экономику премьер образно сравнил с дырой в стене, которая “привлекает вора”. Есть два способа, как с этим бороться”. Первый – “посадить надзирающего около этой дыры и смотреть, когда вор будет туда проникать, чтобы его поймать. Это карательный способ. Он может быть для отдельных органов привлекательным, тогда можно объяснить свое существование и показать эффективность своей работы”. Второй способ – “эту дыру заделать, чтобы исключить возможность и коррупционных деяний, и уменьшить долю теневой экономики. Мы считаем, что более предпочтителен второй подход — упростить процедуры, которые необходимы для ведения экономики”, — заявил он.

Первый способ понимается как дипломатически высказанное недовольство работой агентства по борьбе с экономической и коррупционной преступностью (АБЭКП, финполиция). А вот как намерен глава правительства исключать коррупцию и уменьшать долю теневой экономики граждане узнают только осенью, когда правительство придет в парламент с обещанными Масимовым инициативами.

Ждем. За 2-3 месяца ничего не изменится, если уж за последние два года ситуация кардинальным образом не поменялась. Впрочем, как это узнать, если нет более-менее надежных данных?

Сколько, сколько?

 “Что касается “теневого рынка” в Казахстане, то, как всегда, пляшут цифры. Официально, размер “теневой экономики” — около 20%. Некоторые бизнесмены считают, что доля “теневой экономики” в несырьевом секторе Казахстана — не менее 50%. Заместитель директора департамента стран Ближнего Востока и Центральной Азии МВФ Юха Кяхконеном в ноябре 2012 года, на презентации доклада МВФ: “Перспективы развития региональной экономики: Кавказ и Центральная Азия”, заявил о том, что доля неофициальной экономики в ВВП Казахстана достигла 30%. Можно согласиться с той точкой зрения, что если “теневая” экономика существует, то значит это кому-то нужно”, — считает известный политолог Досым Сатпаев.

В Казахстане с начала года в сфере “теневой” экономики зарегистрировано около 2,5 тысяч преступлений, доложил через неделю после “дипломатического наезда” г-на Масимова, председатель госагентства Рашид Тусупбеков. Их доля в экономических преступлениях составляет более 90%. Это свидетельствует о том, что органы финполиции, не вмешиваясь в работу законопослушных предпринимателей, сокращают объемы “теневой” экономики, защищают интересы легального бизнеса, которым “теневики” составляют недобросовестную конкуренцию, поскольку они не зарегистрированы в качестве предпринимателей и не платят налоги. Глава агентства сказал о связи “теневой” экономики с коррупцией и считает необходимым пресекать факты сращивания “теневого” бизнеса с чиновниками.

Никто и не спорит. Только вот цифра – 2,5 тысячи преступлений мало о чем говорит. Если по каждому из них проходит, допустим, $4 тысячи, как это может быть при контрабанде партии сигарет из Киргизии, то $1 млн урона для экономики – смешные деньги. Но ведь это – не так? Почему же “главный по борьбе с коррупцией” в Казахстане, как и глава правительства, впрочем, лишь интригуют граждан?

“В любом случае, высокий объем “теневой” экономики говорит о наличии неформальных центров власти в лице организованной преступности в увязке с коррупционерами”, — считает кандидат политических наук Сатпаев.

Это подтвердила и финполиция, доложив о шести ОПГ, организованных и руководимых чиновниками.

Отсюда, по мнению г-на Сатпаева, возникает серьезная проблема, связанная с тем, что при наличии “теневой экономики” невозможно рассчитывать на рост правовой культуры у населения, так как легальная правовая и судебная система не вызывают доверия. То есть “теневая экономика” серьезно искажает ценностные ориентации населения, которое предпочитает жить по понятиям, а не по законам. В результате, “теневая экономика” провоцирует появление новых протестных групп, которые могут быть использованы и в политических целях.

***

© ZONAkz, 2014г. Перепечатка запрещена. Допускается только гиперссылка на материал.

 

Новости партнеров

Загрузка...