Дилемма процентных ставок

Недавно министр национальной экономики РК Куандык Бишимбаев заявил, что хотел бы возврата процентных ставок по кредитам к однозначным значениям, то есть в пределы до 10% годовых

Киль. 18 октября. КазТАГ – Игорь Киндоп. Недавно министр национальной экономики РК Куандык Бишимбаев заявил, что хотел бы возврата процентных ставок по кредитам к однозначным значениям, то есть в пределы до 10% годовых. Помимо прочего он рассказал о том, что перед его ведомством стоит задача выйти на уровень роста экономики в среднем в 5% в год, и других очень интересных вещах. Желание министра удешевить финансирование и оздоровить финансовую систему естественно, однако это не более чем слова, которых говорится слишком много в Казахстане.

Процентные ставка казахстан

Процентные ставки и экономический рост

Снижение процентных ставок является очень важным для обеспечения роста экономики, и регулирование процентных ставок является основным методом воздействия Национального банка на экономику. С точки зрения формальной логики министр национальной экономики абсолютно прав. Но с точки зрения экономической политики К.Бишимбаев несколько далек от реальности.

Проблема заключается в том, что многие казахстанские предприятия закредитованы. Иногда даже по нескольку раз. Таким образом, единственная причина, по которой они возьмут кредит, станет реструктуризация займов с более высокой процентной ставкой. Но это не улучшает структуру кредита, а лишь переквалифицирует кредит из одного типа в другой.

Существующая сегодня практика перепродажи сомнительных кредитов в дочерние организации по управлению этими активами лишь маскирует общую статистику неработающих кредитов в экономике. И хотя на бумаге 8-10% неработающих кредитов для казахстанской банковской системы — это достижение, но на практике в 2015 году мы получили непрозрачную структуру, которая не имеет публичной отчетности. Более того, данная непрозрачная структура классификации активов будет претендовать на получение государственной поддержки в случае какого-либо кризиса.

Проблема закредитованности — это серьезная макроэкономическая проблема. Перекредитованные предприятия фактически работают на погашение кредитов и в случае макроэкономических шоков являются источником распространения проблем. Эта ситуация, в принципе, аналогична тому, что произошло в 2007-2008 годах, и называется «внезапная остановка».

При прекращении доступа к внешнему кредиту банки начали лихорадочно перекрывать финансирование строительных проектов и продавать активы, связанные с недвижимостью. В результате это привело к крупномасштабным дефолтам на рынке недвижимости и экономическому кризису, который был полностью эндогенным. Всем это известно. Затем банки начали активно развивать потребительское кредитование, что также привело к перекредитованности физических лиц.

Теория «внезапных остановок» говорит, что приостановка заемного финансирования приводит к снижению стоимости залогов, экстренным продажам активов и падению цен на них и последующим девальвациям и падениям совокупного выпуска в стране, а также сильному скачку в неработающих активах. В математических моделях такое поведение выстраивается через формирование долларизованной экономики (см. Mendoza, 2005, 2006).

Так как кредитный бум предшествовал двум последним девальвациям национальной валюты, то логично задать вопрос правительству, а есть ли у них оценки того, какой эффект перекредитованность бизнеса оказала на углубление последних двух кризисов? На фоне данной подтвержденной практикой теории возникают большие вопросы к тому, почему все ответственные за экономику деятели делают основной акцент на необходимости понижения кредитных ставок и, следовательно, к еще большему увеличению глубины закредитованности экономических агентов. Если К.Бишимбаев планирует выйти на среднегодовые темпы роста в 5% за последующие 5 лет за счет расширения кредитования, то ему было над чем поразмыслить.

Все это предполагается сделать на фоне масштабной приватизации и снижения доли участия государства в экономике с 30% до 15%. Приватизация позволит частным лицам распоряжаться экс-государственными предприятиями и имуществом более эффективно и получать прибыль за счет этого. Такие предпосылки вполне себе состоятельны для обеспечения запланированного роста в 5% в год. Если только не одно «но». Планы масштабной приватизации в Казахстане с начала 2000-х годов объявлялись не раз, но ни разу она не была осуществлена. Соответственно, бессмысленно рассчитывать на реализацию приватизационной программы и в этот раз.

Независимость Нацбанка

Затем, с точки зрения стандартной монетарной теории, понижение процентных ставок должно вести либо к повышению инфляции, либо, при ее сдерживании, к расширению колебаний бизнес-цикла. В своем интервью одному из СМИ министр однозначно говорит, что инфляция должна быть взята под контроль. А если не случится приватизации, то министру придется добиваться роста за счет перегрева национальной экономики и расширения колебаний бизнес-цикла. А это значит, что в будущем нас ждет еще более глубокий провал – так как невозможно высоко взлететь и неглубоко упасть.

Таким образом, тезис министра К.Бишимбаева о практически двукратном снижении процентных ставок и увеличении экономического роста порождает очень много вопросов о тщательности проработки методов достижения этих целей.

Вопрос снижения процентных ставок, вообще говоря, является компетенцией Национального банка. Несколько странно слышать от министра национальной экономики рассуждения и планы, касающиеся другого института экономической политики в Казахстане. И это в очередной раз затрагивает вопрос о том, насколько независимы монетарные власти от принятых политических решений.

Независимость Национального банка — это необходимость, если регулятор хочет, чтобы его действия на денежных рынках пользовались доверием. Как уже неоднократно говорилось многими экспертами, казахстанский Национальный банк не является независимым. И в этом заключается основная проблема всех действий в монетарном поле и основная проблема для всей страны.

Если Национальный банк привязывает курс тенге к некой комбинации из цены барреля нефти и российского рубля, то таким образом регулятор импортирует инфляцию из России вместе с инфляционной компонентой, заключенной в котировках нефти. На фоне того, что инфляция в России практически всегда была выше, чем в Казахстане, монетарная политика должна быть еще строже, чем была до сих пор. В противном случае средний уровень инфляции будет неизбежно приближаться к таковому уровню в России, так как инфляция, заложенная в обменный курс, будет оказывать эффект через импортируемые товары. Поэтому снижать процентные ставки в 2 раза не является интересной перспективой для Национального банка.

Вообще говоря, складывается впечатление, что казахстанские власти не чувствуют себя в состоянии кризиса и не предпринимают никаких тщательно проработанных мер для преодоления этого состояния. Предлагаемые министром меры являются в лучшем случае паллиативными, а то и вовсе направленными на усугубление экономического кризиса. Более того, министр говорит от имени Национального банка, что, вообще говоря, означает, что ему просто нечего сказать.

***

© ZONAkz, 2016г. Перепечатка запрещена. Допускается только гиперссылка на материал.

comments powered by HyperComments

Новости партнеров

Загрузка...