Болонский процесс в контексте ситуации в системе казахстанского высшего образования

Два диаметрально отличающихся друг от друга видения ситуации в системе высшего образования Казахстана

В марте 2010 года Казахстан подписал Болонскую декларацию, став полноправным участником Болонского процесса. Таким образом, он стал первым центрально-азиатским государством, присоединившимся к Болонской системе и Европейскому пространству высшего образования (The European Higher Education Area — EHEA). Многими зарубежными наблюдателями такой шаг Казахстана стал восприниматься как свидетельство прогрессивности казахстанской вузовской системы и ее открытости к переменам. Но соответствуют ли подобного рода представления действительности? Ниже предлагаем два материала, в которых представлены два диаметрально отличающихся друг от друга видения ситуации в системе высшего образования Казахстана.

Издание Masterstudies опубликовало статью Джоанны Хьюз под названием «Central Asia on the Watch: The Rise of International Higher Education» — «В фокусе внимания — Центральная Азия: Подъем международного высшего образования».

В ней говорится так: «Каждая из пяти республик бывшего Советского Союза — Казахстан, Кыргызстан, Таджикистан, Туркменистан и Узбекистан — имеет свою собственную уникальную историю, культуру и языки.

Некоторые университеты центрально-азиатского региона уже приняли Болонскую систему. В их числе можно назвать КИМЭП (Казахстанский институт менеджмента, экономики и прогнозирования) и АУЦА (Американский Университет в Центральной Азии). Они являются первыми центрально-азиатскими частными университетами, которые, вступив на путь перемен, внедрили у себя Болонскую систему и получили международную аккредитацию.

Болонский процесс

Если большая часть того, что вам известно о Казахстане, связано с кинофильмом «Борат» и алма-атинскими яблоками, вы не один такой. Однако ситуация с такого рода представлениями, похоже, претерпит изменения в скором будущем. Казахстан, крупнейшее в мире континентально-замкнутое государство, является родиной 17 миллионов человек, представляющих 131 национальность, и страной, отличающимся большим географическим разнообразием. А еще его принято считать такой республикой центрально-азиатского региона, у которой наиболее развитая система высшего образования.

В действительности многие считают, что Казахстан, который присоединился к Болонскому процессу, находится на пути к превращению в центрально-азиатский региональный академический центр. Такие вузы, как Казахский экономический университет имени Т.Рыскулова, Международная Академия Бизнеса (МАБ) и Казахстанско-Британский технический университет (КБТУ) переживают подъем».

Издание Times Higher Education опубликовало материал Дэвида Маулда под названием «Realpolitik: A Fulbright fellow in Astana» — «Реальная политика: Грантополучатель программы Фулбрайта в Астане».

В предисловии к нему говорится так: «Как Дэвид Маулд завершил преподавание журналистики в замороженной столице Казахстана? Он, по его словам, был политической пешкой».

Далее уже в самом материале излагается следующее: «Студентка приняла звонок по мобильному телефону через пять минут после начала моей субботней двухчасовой пары по СМИ и бизнесу. «Это был деканат, — сказала она. — Мы все должны идти. Нам очень жаль».

Я посмотрел на свои записи и упражнение, которое мой переводчик перевел на русский язык. «Что на этот раз?», — спросил я устало. «Мы не знаем. Может быть, форум или митинг для демонстрации поддержки нашему президенту. Теперь мы можем идти?». Я пожал плечами: «Конечно. Надеюсь увидеть вас на следующей неделе».

Ближе к середине своего шестимесячного пребывания по программе Фулбрайта в Евразийском национальном университете (ЕНУ) в казахстанской столице Астане я сумел адаптироваться к неожиданным изменениям графика. Иногда студенты находились на месте. Иногда они отсутствовали. Порой я знал причины, но чаще всего у меня не бывало ни малейшего представления о том, что с ними стряслось.

Бывали форумы, конференции, университетские мероприятия, шоу студенческих талантов, празднования мартовского Наурыза (мусульманского Нового года) и, в течение нескольких недель перед казахстанскими президентскими выборами в апреле 2011 года, митинги в поддержку президента Нурсултана Назарбаева.

Я испытывал жалость к студентам. Некоторые жалели меня. «Вы приехали в такую даль, чтобы учить нас», — говорили они.

Казахстан, может, отказался от коммунистической командной экономики и принял рыночный капитализм, но его система высшего образования зачастую представляется застрявшей в провале во времени советской эпохи.

Несмотря на техническое преобразование с целью адаптации к Европейской системе переноса и накопления зачетных единиц в рамках Болонского процесса, университеты не спешат менять традиционные учебные программы, методы обучения и стили управления. Ректоры являются политическими назначенцами, господствующими над своими вотчинами, как советские комиссары или ханы, которые некогда правили Центральной Азией. Они могут уволить деканов по прихоти. Низкооплачиваемые преподаватели практически имеют мало гарантий занятости или вовсе не имеют их. Студентам почти нечего сказать о том, что происходит. Несмотря на усилия по сокращению коррупции, покупки оценок и дипломов являются распространенным явлением».

***

© ZONAkz, 2017г. Перепечатка запрещена. Допускается только гиперссылка на материал.

 

comments powered by HyperComments

Новости партнеров

Загрузка...