Государственный минимализм. Часть 2

Почему прожиточный минимум для вороватых чиновников один, а для всех жителей Казахстана – другой?

Часть 1

Недавно экс-министр национальной экономики Куандык Бишимбаев, обвиняемый в хищении государственных средств и получении взяток, пытаясь оправдать себя в суде, заявил о том, что с 2010 года по 2017 год (в самом начале 2017-го последовал арест) он получил на свои банковские счета 273 638 328 тенге.

«Вундеркинд», уже в 19 лет получивший диплом о высшем образовании экономиста, а затем обучавшийся и по программе «Болашак» за государственные же деньги, он не утверждает, что это была зарплата и все причитающиеся бонусы, когда он работал в различных статусах – заместителя министра торговли и экономического развития (2010-2011 годы), заместителя председателя правления ФНБ «Самрук-Казына» (май 2011 – май 2013 года), председателя правления холдинга «Байтерек» (май 2013 – май 2016 года). Но поскольку суммы известны, а все обвинения в уголовных преступлениях он отвергает, то получается, что все-таки это были легальные доходы.

Что ж, посчитаем, сколько зарабатывают в месяц птицы высокого полета в Казахстане. Получается, что госчиновники с таким статусом, как у Бишимбаева, зарабатывают 3 257 599 тенге в месяц. Это – чистыми, — все налоги уплачены.

За семь лет на депозитные счета он перевел 95 млн. тенге, оплатил товары и услуги на 123 млн. тенге, и снял наличными – 42 млн. тенге!

А теперь вернемся на грешную землю, в приземлившуюся стаю. Прожиточный минимум для них на 2018 год определен на уровне 28 284 тенге. Особо не полетаешь!

Противопоставлять бишимбаевщину и доходы бедных казахстанцев – это неправильный прием, да. Он не с самой лучшей стороны характеризует власть.

О, рассвет! Вы все проспали…

Социальный рассвет в Казахстане приходится на 2013 год. Вы помните, как рано вставало солнце, как его лучи в миллиардные доли секунды заполняли все пространство и вы были счастливы?

Именно тогда в нашей стране был установлен абсолютный рекорд по самому важному, пожалуй, показателю – прожиточному минимуму. Именно от этой цифирки зависит, какой будет размер социальных выплат. И, к тому же, он полностью совпадает с размером минимальной заработной платы. Или, скорее, наоборот: чем выше прожиточный минимум, тем выше минимальная зарплата.

Так вот, в 2013 году прожиточный минимум в Казахстане составлял 17 789 тенге, или $116, 93. А затем его значение стало падать. Например, в 2015 году, несмотря на рост в тенговом изображении, в долларовом он опустился ниже, чем в 2006 году – до $63,16.

Безусловно, на самочувствии социального индикатора сказался переход на свободно плавающий обменный курс тенге и последовавшая обвальная девальвация национальной валюты.

В прошлом году размер прожиточного минимума в долларовом исчислении увеличился до $72,95. До рекорда-2013 еще ой как далеко – мы не только не продвинулись вперед, но и на треть «усохло» наше собственное достижение.

Видимо, правительство решило восстановить потери, и поэтому, вес продовольственной корзины при расчете прожиточного минимума уменьшило, а непродовольственной – подняло: с 40 до 45%. За счет только одной этой манипуляции прожиточный минимум вырос не на однозначное число (6,9% за два последних года), как было всегда, а сразу на 15,6%!

То есть, одним легким движением можно как уменьшить это значение, так и поднять. И никому и ничего за это не будет.

Когда государство может себе позволить лучше поддерживать свое население – социальные обязательства вырастают, когда наступают не самые хорошие времена – оно «незаметно» снижает свои обязательства. Хотя это противоестественно, но это понятно.

При этом мы должны понимать, что все научные, казалось бы, изыскания и аксиомы напрямую зависят не только от трактовок, воли отдельных лиц, принимающих решения, но и от состояния экономики и желания исполнительной власти нести определенные социальные обязательства перед своими гражданами.

Все чаще «науку» ставят на сторону власти…

На бумаге – больше, а в жизни – меньше

Статистика по прожиточному минимуму в Казахстане, различна. Она, оказывается, очень сильно зависит от возраста и пола граждан. Комитет по статистике МНЭ РК считает, что девушкам и женщинам в Казахстане вообще не очень много нужно, гораздо меньше, чем юношам и мужчинам аналогичного возраста – вот так странность! Ладно – в отношении продуктов – девушки и женщины все чаще сидят на диете, но ведь одежды, услуг и всяческих предметов для ухода, хотя бы гигиенических, требуется гораздо больше. Но нет – особям женского пола, согласно государственному раскладу, это не положено.

Но самая главная особенность государственной поддержки малоимущих заключается в том, что в законе о государственной бюджете на предстоящие три года (каждый раз принимается трехлетний бюджет) прописываются одни параметры, а в жизни применяются другие, гораздо ниже.

Так, например, в 2015 году прожиточный минимум в Казахстане утвержден в размере 21 364 тенге, а по статданным по факту составил всего 19 647 тенге. В 2016 году ситуация повторилась вновь – прописано 22 859 тенге, а в жизни – всего 21 612 тенге. В 2017 году тоже наблюдается существенный разрыв: в республиканском бюджете прожиточный минимум утвержден на уровне 24 459 тенге, а по отчету органов статистики составил 23 783 тенге.

По сути, мы имеем дело то ли с очковтирательством, то ли с мошенничеством. Если определенные параметры прописаны в законе, они должны исполняться. Больше – можно, меньше – нет. Или правительство считает, что прожиточный минимум – это лишь условный показатель? Министерство труда и социальной защиты населения объяснит всем нам, в чем тут дело?

Минимальный прожиточный минимум

***

© ZONAkz, 2018г. Перепечатка запрещена. Допускается только гиперссылка на материал.

Новости партнеров

Загрузка...