Война Миров. Дороги и тропы нефтяной войны

Все победителями быть не могут

Дележка власти в глобальном бараке из-за пандемии коронавируса не остановилась, однако приобрела новые моменты. Очень хорошо это видно на примере нефтяной войны последнего месяца. Формально главными участниками нефтяных баталий выступают Россия, Саудовская Аравия и США, но фактически в ней участвуют все сколько-нибудь весомые страны-производители и переработчики «черного золота», а также крупные его импортеры. Картина нефтяных сражений при этом очень динамичная и обмен ударами протекает в интенсивном режиме.

Война на истощение началась с разрыва сделки «ОПЕК+» из-за неспособности Саудовской Аравии и России прийти к компромиссу. Что характерно, обвал на нефтяных рынках произошел еще до того, как собственно сделка прекратила свое действие 31 марта. В роли Тени Отца Гамлета над трехлетним соглашением «ОПЕК+» нависали нефтяные производители США. В свое время Москва и Эр-Рияд договорились сократить добычу «черного золота», чтобы стабилизировать цены до приемлемого для себя уровня. Однако стабилизация нефтяных доходов своим следствием вылилась в то, что американские нефтяные компании – в том числе сланцевые – стали увеличивать свою долю на рынке.

США как нефтяной производитель сильно отличаются от Саудовской Аравии и России. По объемам добычи вся троица очень даже сопоставима, но Вашингтон резко превосходит остальных по потреблению углеводородов, из-за чего постоянно балансирует на грани между нетто-экспортером и нетто-импортером «черного золота». В сделке «ОПЕК+» США не участвовали, а потому их руки всегда были свободны в плане любых действий по наращиванию добычи и очень активно этим пользовались. Вообще-то для «сланцевиков» Дяди Сэма комфортной является цена барреля в районе $60, но благодаря разветвленной инфраструктуре государственной поддержки они и при $40 чувствовали себя вполне сносно, отвоевывая все новые доли мирового рынка. Надо заметить, что президент США Дональд Трамп все это время не сидел сложа руки и целенаправленно удалял с рынка венесуэльскую, иранскую и (косвенными методами) ливийскую нефть, чтобы американским компаниям было что замещать.

Поначалу обвал не представлялся особо глубоким: 6 марта эталонный сорт Брент упал на 9% до $45,5 за баррель, то есть минимум с июня 2017 года. Однако Москва и Эр-Рияд устроили ралли на понижение цены, с целью «отжать» друг у друга как можно больше покупателей. В результате 30 марта тот же самый Брент упал ниже $23, обойдя показатели ноября 2002 года. Здесь уместно напомнить, что нынешний «бакс» стал гораздо легче в своей покупательской способности, чем восемнадцать лет назад – эпоха «количественного смягчения», вовсю запустившая печатный станок ФРС, его совсем не пощадила.

Аналитики отмечают, что у саудовских производителей нефти имеется большое преимущество перед россиянами, а тем более американцами, в плане себестоимости сырья на месторождении. Однако данное преимущество резко улетучивается из-за огромных расходов государственного бюджета королевства, где планка бездефицитности пролегает выше $70 за «бочку». Разумеется, у Эр-Рияда есть золотовалютные резервы, но если пятилетку назад они были за $1 трлн, то сейчас их стало вдвое меньше. Попытка Саудовской Аравии залить Европу более дешевой нефтью (по сравнению с российской) провалилась из-за роста фрахта на нефтеналивные танкеры. Дело в том, что главные объемы танкерного флота расписаны по долгосрочным контрактам, а потому резко получить новые корабли в свое распоряжение можно только за хорошие деньги. Но возросшие расходы на перевозку делают убыточными в таких условиях сами поставки, а потому саудиты от первоначальных широко озвученных планов отказались.

Многие наблюдатели полагают, что Россия гораздо лучше подготовилась к нынешней нефтяной войне. Речь идет не только о накопленных золотовалютных резервах, которые обязательно пойдут в дело из-за войны на истощение, но и о снижении зависимости бюджета Российской Федерации от нефтяных доходов. За последнюю пятилетку правительство смогло уменьшить долю «нефтянки» в общем потоке финансовых поступлений, тогда как у Эр-Рияда зависимость от экспорта «черного золота» за то же самое выросла. В отличие от ОАЭ, например, где с диверсификацией все в порядке. Саудовский бюджет обеспечивает гигантское (учитывая общее население страны) количество социальных иждивенцев (мягко выражаясь), у которых формат отношений с государством «вынь да полож». Если этих людей одномоментно лишить щедрых финансовых выплат или хотя бы резко их сократить, то избежать социальный взрыв вряд ли получится. Все вместе делает королевство неготовым к длительной нефтяной войне. К тому же США активно используют политические факторы и формы давления для «отжимания» саудитов с рынков в пользу своих производителей.

Нынешнее падение мировых нефтяных цен для России во многом плановое, чтобы лишить сланцевые компании США инвестиционной привлекательности. Американский сланцевый пузырь уже несколько месяцев имеет тенденцию к «сдуванию», поскольку частные инвесторы разочарованы финансовыми убытками сланцевых производителей. Частникам достаточно разочароваться один раз, после чего придется годами обратно завоевывать их доверие. Годы в условиях XXI века – это долго.

Нефтяная война протекает на фоне пандемии коронавируса, которая уже привела к беспрецедентным мерам со стороны множества государств. Коронавирус сам по себе создает негатив, плюс деструктивный фон для протекания многих других процессов. Дональд Трамп усилиями своей администрации с 2017 года создал 7 млн новых рабочих мест, но за прошлую неделю более 3 млн американцев обратились за пособиями по безработице. Обвал произошел вследствие сворачивания линий жизни в обширном спектре секторов экономики США – от транспорта до индустрии развлечений. Все это снижает спрос на нефть. Те компании, которые нацелены на сохранение своей доли рынка, продолжают добычу, однако уже многие американские НПЗ предупредили своих поставщиков о том, что из-за падения спроса на бензин они сокращают переработку и их складские мощности для сырья уже заполнены.

Россия в свете кратного падения цены не нефть сорта Urals попала в ситуацию забытых феноменов. Например, в нынешних экономических реалиях стало выгодно ввозить в РФ бензин из Европы. Пока еще такая логистика не налажена, но если Москва быстро не введет заградительные пошлины, то ГСМ с европейского направления на российских АЗС однозначно появится. Быстро повышается конкурентоспособность белорусского бензина на рынке РФ.

Полем «разборок» нефтяного треугольника Вашингтон – Москва – Эр-Рияд выступает весь мир. Например, выходящий из эпидемии Китай закупил внушительные партии российской нефти, тогда как объемы поставок из США (предусмотренные сделкой Трампа) выбирает вяло. США официально признали режим Николаса Мадуро в Венесуэле наркокартелем и готовятся ввести санкции против всех, кто с ним сотрудничает. На этом фоне «Роснефть» начала замысловатые маневры со своими «дочками» и акциями, чтобы выйти из под готовящегося американского удара. Мексиканская и канадская нефтяная промышленность фактически связаны в единый хозяйственный комплекс с «нефтянкой» США, а потому по принципу сиамских близнецов разделяют с ней победы и поражения. Сейчас проблем у них стало гораздо больше.

Казахстан на всю эту вакханалию с нефтяными ценами взирает с малоскрываемым ужасом. Тенге не лихорадит на этой неделе только потому, что банки и обменники отправлены в принудительный отпуск. Цены между тем растут почти по всем категориям и группам товаров, но в первую очередь среди продовольствия. Определенную степень спокойствия внушает Фонд национального благосостояния, но насколько его хватит при затяжных низких ценах «черного золота» ни один специалист не ответит наверняка. Нур-Султану остается возносить молитвы о скорейшем достижении взаимоприемлемых договоренностей между Россией, Саудовской Аравией и США. Потому что пока они выясняют кто царь нефтяной горы, часть игроков помельче может элементарно не дотянуть до финала.

***

© ZONAkz, 2020г. Перепечатка запрещена. Допускается только гиперссылка на материал.

Новости партнеров

Загрузка...