— Добрый день, Асылбек Базарбаевич! Скажите, пожалуйста, в чем сегодня вы видите смысл вашей деятельности? Кожахметов сегодня — это оппозиционер? Спасибо.
— Прежде чем начать отвечать на ваш вопрос, хотел бы высказать кое-какие свои мысли по поводу происходящего.
На первый взгляд, “Прямая линия” кажется такой простой: вопрос – ответ, вопрос – ответ… вначале я пытался отвечать быстро и легко, но по мере увеличения количества вопросов, а подчас и их сложности, понял, что это почти невозможное дело…
Я благодарен вам, за проявленный интерес, но для того, чтобы ответить всем мне пришлось немало потрудиться…
Итак, смысл моей деятельности сегодня, в помощи людям, пострадавшим от несправедливых действий власти и не имеющим ни средств, ни возможностей себя защитить. В первую очередь, с соратниками мы занимаемся земельными и жилищными вопросами, поскольку сейчас именно в них сосредоточилась наибольшая социальная напряженность и несправедливость. Я пытаюсь не просто помочь одному – двум обиженным, а делаю все для того, чтобы создать организованную правовую структуру, способную работать в масштабе страны. Короче, стараюсь заниматься конкретным делом.
О моей оппозиционности. Я имею альтернативное мнение в отношении многих действий власти, и в этом смысле – оппозиционер. Но я изменил стиль своей работы, не желаю просто критиковать, не считаю возможным для себя сосредоточиться только на будущих изменениях политической системы. В этой нише сегодня и без меня много деятелей…
Я же считаю нужным делать простые конкретные вещи, защищать права конкретных людей: работать с ними, повышать их гражданский, правовой уровень… Можете считать, что я закладываю фундамент для будущих политических изменений.
— Асылбек Базарбаевич! Читали ли Вы книгу \»Исповедь экономического киллера\»? Если \»да\» то прокомментируйте пожалуйста. Куда ведет экономическая политика Правительства и элиты страну? Поддерживали ли Вы переименование детища Алтынбека Сарсенбаева в \»Азат\»? Ваше отношение к национал-патриотам (Куанышалин, Атабек, Асаната и т.д.)?
— Я не читал, я пытался читать эту книгу, даже сейчас она лежит у меня на рабочем столе… но дело в том, что меня не привлекают книги такой направленности: демонизирующие олигархические силы, с различными теориями заговоров…
В данной книге крупные корпорации представлены некими монстрами, поглощающими все и вся, действующими по единой согласованной программе, я в это не верю. Конечно, транснациональные корпорации стали проблемой, ведь глобализация не всегда приносит только добро, особенно в развивающиеся страны, где политикой управляют экономические интересы…
Но я получил больше удовольствия, прочитав книгу известного экономиста-исследователя Эрнандо де Сото “Загадка капитала”, где автор попробовал ответить на вопрос: “Почему капитализм побеждает на Западе и терпит поражение во всем остальном мире?”. Очень полезная книга, особенно в свете шаныракских событий. Всем советую прочитать.
В отношении экономики, считаю, что структурные преобразования в экономике были проведены правительством достаточно успешно, но из них выпал главный компонент — человек.
Поддерживаю саму идею переименования. Так как прошлое название говорило больше о внутренней межпартийной несогласованности, чем об оппозиционности партии как таковой.
Полемику в отношении правильности выбора сегодняшнего названия партии я также не считаю конструктивной. Хотя мне кажется, альтернативное название “Азамат” имело меньшую конфликтную подоплеку и в этом смысле, оно — более правильное… но я не член этой партии, и решать не мне. Руководство “Азат” определило свою планку, так давайте вместо критики подождем и посмотрим, сможет ли оно этой высокой планке соответствовать…
О национал-патриотах. Я считаю, что национальная, межнациональная проблема в Казахстане становится все более острой, однако уровень имеющихся национал-патриотических движений, их методы, решения, принципиальность и содержательность, практически не изменились и остаются такими же, как и 15 лет назад. Считаю, что им пора становиться более зрелыми, я и сам готов двигаться в этом направлении, чтобы не критиковать со стороны, а помочь подняться на новую высоту.
Жасарала Куанышалина, Арона Атабека я уважаю за их вклад в дело защиты Шанырака, за четкую гражданскую позицию.
— Правда ли что у вас в \»Шаныраке\» защита простых людей поставлена на сугубо коммерческую основу?
— Неправда. Этот слух, скорее всего, основан на том, что дольщики, чьи интересы наши коллеги юристы защищают в суде, оплачивают регистрационные взносы.
Всем тем, кого сносят по причинам “самостроя” или “по госнужде” мы помогаем бесплатно, бескорыстно и все об этом знают.
Ну а ваши сомнения кажутся мне какими-то мелкими.
— Как Вы прокомментируете уход из \»Шанырака\» группы активистов во главе с Айнуром Курмановым? Что послужило главной причиной разрыва?
— Это был не разрыв, а естественное развитие — Айнур Курманов уже достаточно вырос, чтобы позиционироваться как самостоятельный политик. Это нормально и стоит только приветствовать. Это не уход, совместно принятое решение. Мы остаемся соратниками, коллегами, продолжаем работать на одном поле и координируем свои действия друг с другом.
А алматинский филиал РОО “Шанырак” возглавила бывший заместитель Айнура — Елена Кошелева, которая уже много сделала в плане защиты людей, и готова продолжать работать также эффективно и профессионально.
— Список политдеятельности звучит очень внушительно. Уважаемый Асылбек Базарбаевич как вы относитесь к тому, что Казахстан получил председательство в ОБСЕ, несмотря на то, что мы страна с заведомо авторитарным режимом. Это что, признание личных заслуг Назарбаева или публичное признание продажности Европы в области демократических ценностей в 21 веке? И как вы считаете каковы шансы на председательство в этом органе сразу за Казахстаном Узбекистана и Туркменистана?
— Шансы на представительство в ОБСЕ у Узбекистана и Туркменистана чрезвычайно малы. Эти страны нельзя сравнивать с Казахстаном по политическому и экономическому влиянию. А тот факт, что такой шанс получил Казахстан, я расцениваю как некий полиатив. Конечно, в ОБСЕ не считают, что наша страна по своему демократическому развитию соответствует принятым ими стандартам, но в то же время Казахстан сумел продемонстрировать свою значимость, обретя поддержку в этом вопросе со стороны России и других стран СНГ.
ОБСЕ пришлось выбирать: либо разорвать отношения со странами СНГ, либо сохранить свое политическое влияние в регионе. Я не приветствую такой путь, но это выбор ОБСЕ. Если в дальнейшем Казахстан выполнит свои обязательства, ОБСЕ выиграет в политическом плане, если же не выполнит, ОБСЕ окончательно уронит свой и без того “подмоченный имидж”. Вот этого не хотелось бы…
— Согласны ли вы с тезисом, что у любого мал-мальски известного человека в нашей стране есть (был в начале карьеры) свой \»агашка\» или \»татешка\»?
— С большой долей наглости отнесу к этим мало-мальски известным, себя. Могу сказать, что никакого \»агашки\» или \»татешки\» у меня не было. Алматинскую школу Бизнеса и Международную Академию Бизнеса я строил самостоятельно и с нуля, но когда в начале 2000 года, достаточно проработав в этой сфере, я понял, что развитие страны идет неправильно, решил уйти из бизнеса и профессионально заняться политикой.
Конечно, сплошь и рядом встречаются те, у кого были и “агашки” и “татешки”. Знаю, что и сейчас, чтобы попасть в крупный бизнес, нужно быть полностью лояльным и управляемым.
Но на уровне среднего бизнеса, уверен, есть много честных известных предпринимателей, которые сделали себя сами.
— Как вы относитесь к протекционизму в стиле КЗ?
— Протекционизм — я считаю ненормальным явлением. Я за то, чтобы пробивались способные, а не блатные, честные, справедливые, а не взяточники. Но, конечно, одних пожеланий мало, надо не просто критиковать правительство, чиновников, но и самим перестать давать взятки. Не зря Нурбулат Масанов назвал данное явление “идеологией” нашего общества. Что греха таить, порой мы действительно гордимся такой “предприимчивостью”, поэтому борьбу с протекционизмом нужно начинать с себя…
— Добрый день, есть ли в Казахстане НАСТОЯЩАЯ ОППОЗИЦИЯ? Такое ощущение, что те, кто себя сегодня называет оппозицией, на самом деле прожектеры одного дня, время от времени, выползающие на белый свет для самопиара.
— Давайте определимся с терминами. Есть люди, которые говорят, что всегда будут оппозиционерами, например Дуванов. Моя жена, говорит, что вечный оппозиционер – это я.
Мне кажется что, всегда должно существовать несколько альтернативных мнений, должны быть люди, отстаивавшие эти мнения в маслихатах, в Парламенте, который по идее, должен являться главной диалоговой площадкой.
Одним словом, оппозиция была, есть и будет в любой стране.
Что касается вашего вопроса… Я помню несколько волн демократов, это демократы начала 90-х, национал-патриоты, движение “Азамат”, потом “ДВК”, партии сегодняшнего дня… И все называли себя оппозицией. Сравнивая, можно в каждой волне обнаружить свои плюсы и минусы. Но это не значит, что эта оппозиция не настоящая – она разная: жесткая, радикальная, непримиримая, или же конструктивная, слабая. У каждого свое видение, свой стиль работы.
Я не согласен с тем, что оппозиция всегда должна быть в мягком варианте, но и не согласен с тем, что всегда нужно быть жестким. Поймите, ситуация меняется, меняется власть, все это нужно уметь тонко отслеживать, улавливать малейшие изменения, анализировать….
А у нас, как вы правильно заметили, зачастую идет самопиар — это большая проблема, амбиции мешают двигаться вперед, с ними надо бороться…. Но как?
— Уважаемый Асылбек Базарбаевич, каково ваше отношение к закону о религиях, ныне так широко обсуждаемого в нашем обществе? В чём сильные и слабые стороны этого проекта с точки зрения представителя действующей оппозиции?
— Нынешний Закон наиболее “махровый” из всех, в этом я согласен с мнением правозащитников Н.Фокиной, А.Жовтиса и других. Считаю, что ни в коей мере нельзя монополизировать религиозное пространство. И в этой ситуации мне не совсем понятна позиция тех представителей гражданского общества, которые поддерживают идею разделения религий на правильные и неправильные. Но мы не должны быть судьями в этом вопросе, пусть время расставит все по местам.
— Ассалаумағалейкум Асеке! Қазақ тіліндегі сұрақтарға жауап бере аласыз ба? Қазақ мүддесін қорғай алмайтын биліктіңде, оппозицияныңда ҚАЗАҚстан деген мемлекетке қаншалықты қажеттілігі бар?
— Қойып отырған сұрағыңыз өте орынды.Осы кемшіліктің өмірде орын алып отыруының басты себебі, ол қазақ ұлтының саяси санасының деңгейінің әлі төмен болуының салдарынан, өзінің мүддесін қорғай алмай отырғандығы. Бұл жерде ұлттың саяси сана деңгейінің дамуына жағдай туғызбай отырған билікте, саяси сананы қалыптастыруда , ұлттық мүддені қорғау талабын , саяси күрес жолына әлі қоя алмай отырған оппозицияда, ұлттық мүддені қорғауда табандылық, білімділік пен жоғары саяси мәдениеттілік көрсете алмай жүрген ұлттық ұйымдарда, өз қамдары мен беделдерінің шеңберінен шыға алмай жүрген зыялыларда , сонымен қатар мына менде, басқалар неге шешпейді деп сұрақ қойып отырған сіз де кінәлі .
Осы сұрақтың шешу жолдарын бірге қарастырайық , кездесейік.
— Уважаемый г-н Кожахметов, если сегодня Вам вдруг предложат должность министра образования, примете ли Вы подобное предложение? И если да, то каким будет Ваше первое распоряжение?
— Мне ваш вопрос нравится.
Не так давно Жармахан Туякбай в одном из своих интервью оценил меня как “антикризисного менеджера” и, судя по тому кризису, который царит в казахстанской образовательной системе, думаю, мне самое время там быть. (Смеется).
Поймите, сегодня необходимо на государственном уровне объединить усилия экспертов, практиков и общественности для всесторонней оценки результатов реформ образования, анализа сложившихся условий и перспектив, выработки предложений по совершенствованию системы образования и системы управления образованием в Республике Казахстан.
Наша проблема в том, что основные направления реформирования системы образования, в том числе высшего образования, не обсуждаются в большинстве случаев с субъектами образовательного процесса, не выносятся на суд широкой общественности, и зачастую реализуют какие-либо амбициозные устремления определенной социальной группы.
Потому даже экспертное сообщество, обсуждая какие-либо нововведения, имеет слабое представление о стратегии реформирования системы образования.
Поэтому в первую очередь, я бы предложил создать Стратегический совет по образованию при Президенте РК, в состав которого должны войти представители гражданского общества, эксперты и представители государственных органов, занимающихся проблемами образования. Этот Совет должен детально изучить ситуацию, проанализировать имеющиеся образовательные программы и дать свои рекомендации относительно необходимости разработки качественно новой Государственной программы по развитию образования и реальной интеграции его в европейское образовательное пространство.
— Поддерживаете ли Вы контакты со своим бывшим патроном по РНПК Кажегельдиным? Куда он подевался? Уже полгода ни слуху — ни духу. Человек устал от борьбы или просто выполняет обязательства по неким договоренностям?
— Не приемлю это слово – патрон, оно исходит из характеристики патронатно-клиентной системы, хорошо описанной Н.Масановым, — которая губит, тормозит развитие нашего общества.
Я никогда не был человеком Кажегельдина, не был человеком Жакиянова, Аблязова. И в этом смысле ничьим человеком я не собираюсь быть. Я сын своего отца и своей матери и я хотел бы быть сыном казахского народа.
С Кажегельдиным я стараюсь контактировать во время поездок в Европу. В среднем, раз в год мы встречаемся, обсуждаем ситуацию, обмениваемся мнениями.
Я считаю Акежана Магжановича серьезным политиком, знающим, когда и что нужно сказать. Не думаю, что он устал от борьбы, не думаю, что дело в каких-то там договоренностях… Просто паузу держать он умеет.
— Добрый день, Асылбек Базарбаевич, совершенно ничего не знаю о вашей деятельности, кроме того факта, когда Вы прошлым летом решили почитать стихи возле памятника для сотрудников алматинского акимата. Расскажите, как Вы предпочитаете отдыхать по выходным?
— Активно. Люблю играть в футбол, но это не часто получается, люблю ходить в сауну с друзьями, с родственниками, люблю горы, зимой катаюсь на лыжах.
Стараюсь бывать с женой в кино. В силу того, что дочь стала профессионально заниматься вокалом, я начал больше уделять внимания опере, балету, мюзиклу.
С большим удовольствием читаю книги, особенно историю, публицистику.
Однако зачастую в субботу я нахожусь в офисе, и привожу в порядок те бумаги и мысли, которые накопились за неделю.
.— Как обстоят дела с осужденными по Шаныракскому делу? В прессе очень мало информации об избиениях и пытках в отношении Арона Атабека и его сподвижников? Расскажите, пожалуйста, об этом по-подробнее.
— В Алматинском Городском суде очень много говорилось о фактах избиений и пыток полицейскими тех, кто оказался на скамье подсудимых – были сломанные ноги, вынутые спицы, выдернутые ногти. Конечно же, во время следствия никаких возможностей заявить об этом у подследственных не было.
В результате, судья ограничился официальным запросом в правоохранительные органы о наличии подобных фактов, на что естественно был получен отрицательный ответ, на этом все закончилось. Другого никто, хоть немного знакомый с правоохранительной системой, и не ожидал.
Это наша общая проблема, что люди находящиеся в тюрьме, в бесправном положении, не могут защитить себя. И нет механизма, позволяющего это делать общественным организациям. Поэтому, я думаю и пытки, и избиения в тюрьмах будут продолжаться.
К сожалению сегодня пятеро осужденных по “шаныракскому делу” приговорены к лишению Свободы. Я убежден, что эти люди осуждены несправедливо, незаконно. Они защищались и возможно превысили пределы необходимой обороны, но мера, которая им определена, абсолютно не соответствует степени тяжести их вины.
Поэтому я считаю, что нельзя опускать руки, нужно продолжить борьбу в этом направлении, но, учитывая реалии существующей правовой системы, я не могу не понимать тщетности своих усилий. И это не может не угнетать меня.
(Продолжение следует)