В системе казахстанского истеблишмента имеется своя специфика. В чем она состоит? Часть 1

Сторонним наблюдателям разобраться в этом вопросе сложно

Издание Diplomat опубликовало статью Катрин Путц под названием «Paul Stronski on Central Asia’s Big Questions» — «Пол Стронски высказывает свое мнение касательно важных вопросов Центральной Азии».

«Катрин Путц: «Пойдет ли Назарбаев снова на президентские выборы в 2020 году? Или же вы думаете, что он, скорее всего, выйдет из игры, назвав выбранного им преемника?

Пол Стронски: Я не люблю отвечать на такие вопросы. Единственный человек, который знает, что сделает Назарбаев, — это сам Назарбаев. Я также не отношусь к числу таких людей, которые любят спорить и гадать, поэтому не стану строить догадки относительно того, кто может придти ему на смену, когда он решит уйти в отставку. Мы все знаем имена потенциальных преемников, но может также сложиться непредвиденная ситуация. За год до ухода Бориса Ельцина никто не предсказывал, что ему на смену придет Владимир Путин. Мало кто до того, как стоматолог Гурбангулы Бердымухамедов стал президентом Туркменистана, ожидал этого. Поэтому я воздержусь от высказываний касательно сценария транзита (перехода) верховной власти в Казахстане.

Мне известно лишь то, что в Казахстане есть традиция объявлять досрочные выборы, и сейчас как раз на этот счет ведутся разговоры. Я бы не удивился, если бы президентские выборы состоялись в 2019 году вместо 2020 года. Недавно Назарбаев произвел изменения в составе своего правительства и представил программу по улучшению социально-экономической ситуации. И с лета нынешнего он много ездит по всей стране. Досрочные выборы представляются вполне вероятными».

В системе казахстанского истеблишмента имеется своя специфика. И сторонним наблюдателям разобраться в ней сложно. Они называют известные им имена потенциальных преемников. Но действительно ли эти люди являются реальными претендентами на высшую в РК государственную должность? И может ли на самом деле сложиться непредвиденная ситуация при транзите власти в стране? Увы, ответы на такие вопросы остаются неизвестными. Поэтому попробуем хотя бы понять специфику в системе казахстанского истеблишмента. Итак, в чем она заключается?

назарбаев транзит власти

При кажущейся открытости общественно-политической системы Казахстана, открыто говорить и писать о действительных и действенных мотивах и механизмах принимаемых решений и предпринимаемых действий в системе административно-государственной вертикали РК не принято. На вынесение такой темы на суд общественности наложено табу. Или нечто еще более серьезное. И эффективное. Ибо ни одного сколько-нибудь серьезного отечественного труда или, скажем, исследования на эту тему в открытом доступе обнаружить не удалось. Так было в советское время, так оно остается и сейчас. Видимо, такая реальность является следствием кочевой монголо-тюркской традиции жесткого засекречивания изнаночной стороны системы власти и политических отношений, что обуславливает появление гласных (официальных) и негласных (тайных) версий описания связанных с ними явлений и событий.

Поэтому, наверное, не следует удивляться тому, что в сегодняшнем Казахстане отражение мотивов и механизмов принимаемых решений и предпринимаемых действий, представляющих сколько-нибудь значительную общественную важность, зачастую имеет двойственный характер – открытый (общедоступный) и закрытый (доступный ограниченному кругу людей).

Как следствие, и в ближнем зарубежье (в России и других странах СНГ), и в дальнем зарубежье (в США, Западной Европе) не находится в открытом доступе ни одного источника, который давал бы сколько-нибудь достоверную характеристику всему многообразию социально-политической жизни Казахстана за годы его государственной независимости. И, исходя из имеющейся реальности, трудно себе представить публичное появление не только всестороннего и всеохватного комплексного исследования на такую тему, но и даже таких трудов, которые бы достаточно серьезно рассматривали отдельные ее аспекты.

Между тем ситуация, которая тут имеется в виду, не стоит на месте. Она продолжает развиваться в русле малоизвестных стороннему взгляду и вообще широкой общественности обычаев и правил.

И где эта ситуация сейчас находится – вот в чем заключается вопрос, который должен был бы в нарастающей степени беспокоить инвесторов и партнеров Казахстана. Однако он не задается. Потому что само наличие проблемы такого характера является предметом умолчания.

Система организации административно-государственного управления и общественно-политической жизнедеятельности на территории Казахстана, которую с 1820-ых годов до 1920-ых годов установили, регулировали и контролировали структуры власти (извне) Российской империи, а с 1920-ых годов до 1990-ых годов – (свыше) партийно-советские органы власти СССР, в течение почти 27-и лет государственной независимости оказалась изрядно разбалансированной. И пришла она в такое состояние, находясь уже во власти стихии местных эмоций, пристрастий и предпочтений. В такой ситуации единственным условием, которое было бы в состоянии гарантировать сохранение баланса, могла бы быть гласность. Но она-то к этой теме и близко не подпускается.

Разветвленная система государственной административной власти сейчас, в функциональном смысле, сузилась фактически до размеров аппарата главы государства. Подавляющее большинство руководителей и служащих пребывают в растерянности, не зная, кому же теперь они должны быть лояльны — истеблишменту (вернее, той его части, которая как свой клан или своя команда выдвинул и обеспечивал до сих пор служебное продвижение и материальное благосостояние каждого конкретного лица) или высшему руководству?

Раньше, если быть точнее, в советские и первые постсоветские годы, когда истеблишмент представал более или менее целостной организацией, вопрос так не стоял. Или, если даже и стоял в определенной мере и до определенных пределов, он в объективном смысле так остро, как сейчас, не ставился. Все-таки тогда общество представлялось в куда большей степени, чем теперь, гражданским, и имелись достаточно эффективные способы для проявления себя, прежде всего, как гражданина, а также для защиты своих прав и интересов именно в таком качестве от возможных и реально имевшихся попыток их попрания. Попыток со стороны тех, кто хотел бы в первую голову руководствоваться своими клановыми (жузовскими и родоплеменными или земляческими) приоритетами. Такие люди всегда были. Более того, в таких людях никогда не наблюдался недостаток. Ни прежде, ни потом. Но в советские годы им в значительной мере приходилось осторожничать. При возникновении подозрений и тем более жалоб касательно того, что кто-то в решении административно-хозяйственных вопросов и принятии кадров на должности отдает предпочтение своим клановым приоритетам, наказание для него было неминуемым. Более того, могли наказать не только за конкретно доказанный факт, но и даже просто на всякий случай. Чтобы, так сказать, другим неповадно было.

(Продолжение следует)

***

© ZONAkz, 2018г. Перепечатка запрещена. Допускается только гиперссылка на материал.

 

Новости партнеров

Загрузка...