Война Миров. Изнуренные брекситом

Парламент не дает Терезе Мэй провести анестезию при операции по «ампутации» Великобритании от Евросоюза

Время покидания Лондоном Евросоюза стало более точным: после 12 апреля (потому что не успевают нормально развестись с Объединенной Европой) и до 23 мая, чтобы Соединенное королевство не участвовало в выборах Европарламента. Великобританию не устраивало нахождение в Европейском союзе, не устраивает выход из него, из-за чего больше всего страдает опять же сама эта страна. Брюссель со своей стороны проявляет редкостное великодушие и не играет на добивание Лондона, однако тот сам последовательно усложняет и усугубляет свои проблемы.

Тереза Мэй

Тереза Мэй в Брюсселе. (Photo by Sean Gallup/Getty Images)

Британский парламент выглядит ребенком, который по своей глупости заболел, а теперь обижается на маму, которая пытается отвести его к врачу на прививку. «Болезнь» в данном случае – это референдум 23 июня 2016 года, где 51,9% из числа принявших участие в голосовании высказались за выход из Евросоюза. «Мама» – это премьер-министр Тереза Мэй. Она голосовала против «брексита», однако честно выполняет волю народа и решает вопрос по разводу Лондона и Брюсселя. Фактически премьер пытается провести анестезию при очень болезненной операции, но депутаты парламента уперлись и не дают сделать процесс менее катастрофическим. «Врач» здесь Евросоюз, который поставил Великобритании «диагноз», но реализовать протокол лечения не может, поскольку Лондон сам не знает чего хочет.

История берскита начиналась как очередной шантаж Лондона в отношении Объединенной Европы, чтобы добиться новых преференций. Угрозу того, что выпущенный из бутылки джинн вышел из-под контроля, Дэвид Кэмерон и его соратники осознали поздно и их лихорадочные усилия оставить Великобританию в ЕС успеха не имели. Евросоюз поначалу опешил от произошедшего в результате референдума, но потом довольно быстро мобилизовался. Когда потери Лондона от разрыва с Брюсселем стали очевидны почти всем, Евросоюз предложил Соединенному королевству вернуться (практически под любым предлогом), но с очень строгими обязательствами. Лондону в случае добровольного и быстрого возвращения предписывалось сидеть на стуле ровно, то есть евро вместо фунта стерлингов, общеевропейская армия (пусть и в перспективе), участие в иммиграционной политике на общих основаниях.

«Приоткрытая дверь» для возвращения в Евросоюз еще больше усилила кризис внутри английского общества вообще и его истеблишмента в частности. Часть парламентариев с помощью обращений в судебные органы пыталась доказать, что парламент по своим полномочиям выше референдума и может аннулировать его итоги. Другие предлагали переголосовать, ведь на момент 2016 года большая часть электората не представляла себе реальных последствий выхода Великобритании из ЕС, а степень издержек получилась очень высокой еще до фазы собственно выхода. Другие апеллировали к правилам приличия: раз проголосовали за выход, то надо выходить. Мол, лучше потерять деньги, чем лицо, а то к народному волеизъявлению вообще ни у кого не будет уважения что внутри страны, что за рубежом. И вся эта вакханалия так и не пришла к нормальной средней результирующей, что показало голосование в палате общин 3 апреля, когда было принято решение просить Брюссель об отсрочке выхода до 22 мая.

Устав от британских шатаний по брекситу, Евросоюз в какой-то момент сам назначил дату выхода Лондона из своих рядов: 29 марта 2019 года. До этого времени предполагалось заключить договор о разлуке между Великобританией и ЕС со всеми положенными переходными процедурами и периодами. Четкий срок подгонял кабинет Терезы Мэй работать в практическом поле, и в конце концов она заключила необходимую сделку. Достигнутый договор премьер-министр трижды выносила на голосование в палату общин и каждый раз депутаты его отклоняли. Брюссель, со своей стороны, условия сделки менять не собирается и ставит Соединенное королевство перед выбором: развод либо по предложенному договору, либо без него, то есть жестко. Отсрочки при этом носят сугубо технический характер. Предпоследняя была продлена до 12 апреля, но Великобритания так и не определилась с формой выхода в открытый космос суверенитета. Госпожа Мэй даже обещала в случае одобрения сделки, в качестве политической благодарности, сразу уйти в отставку, но и этот жертвенный жест при последнем голосовании не помог.

Отвергая вариант премьер-министра, депутаты британского парламента никакую рабочую альтернативу сами выработать не могут. Интересы в палате общин слишком уж противоречивые. Большинство консерваторов выступают за брексит, но среди них есть как сторонники жесткого выхода без сделки, так и выступающие за согласованный с Брюсселем договор. Большинство лейбористов выступают за максимально мягкий брексит с сохранением тесных связей с Евросоюзом, а некоторые представители данной партии вообще за повторный референдум. Шотландская национальная партия против брексита (и подумывает о выходе из Великобритании), а Демократическая юнионистская партия, представляющая интересы Северной Ирландии, в целом поддерживает выход из ЕС, но при условии, что будет сделка с проработанным решением проблемы ирландской границы (Северная Ирландия делит с Ирландией один остров).

Сам список предложений от парламентариев лишний раз свидетельствует о глубоком кризисе и расколе в британском политическом классе. Рассматривались варианты от выноса сделки с Евросоюзом на референдум, до сохранения Великобритании во всех экономических структурах ЕС, но без участия в политических и без признания юрисдикции Европейского суда. Только все эти предложения необходимых голосов не собрали, а потому остались на уровне прожектов.

У Брюсселя по «английскому вопросу» позиция куда более единая. Пересматривать сделку с Лондоном никто не собирается. А вот по отсрочке коридор более широкий. Если Великобритания намерена кардинально пересмотреть свою позицию по брекситу, тогда год-два ей дать могут, а выделять время просто для переговоров по уже решенному со стороны Объединенной Европы вопросу ее функционеры не видят смысла. Ги Верхофстадт отвечает за развод с Альбионом по линии Европарламента. Он заявляет: «Жесткий брексит теперь почти неизбежен». Мишель Барнье ведет переговоры с Великобританией от лица руководителей стран ЕС и Еврокомиссии. «С каждым днем жесткий брексит все вероятнее», – констатировал Барнье после третьего безрезультатного голосования в палате общин.

Позиция Евросоюза более устойчивая, чем у Лондона, просто в силу больших размеров Объединенной Европы. Брюссель хотел бы нормальной сделки, однако и она не так важна, как определенность. Видимо, в ЕС пришли к выводу, что лучше жесткий брескит с Великобританией, чем затяжной бракоразводный процесс с партнером, у которого нет единой позиции ни по одному ключевому вопросу. Такой непростой выбор Евросоюзу делать стало легче после того, как практически весь крупный бизнес подтвердил свой выбор в пользу Брюсселя. «Нашим приоритетом должно быть хорошее функционирование Евросоюза и единого рынка. Евросоюз не может вечно оставаться заложником политического кризиса в Великобритании», – высказал фактически общую позицию стран Объединенной Европы Эмманюэль Макрон, президент Франции. К тому же Соединенное королевство все стремительнее впадает в опереточное состояние, а таких партнеров трудно воспринимать всерьез.

***

© ZONAkz, 2019г. Перепечатка запрещена. Допускается только гиперссылка на материал.

Новости партнеров

Загрузка...