«В какой-то момент Германия взбунтуется и объявит о своей политической независимости от США»

Наш обозреватель беседует с немецким и российским экспертами – о том, куда ведут споры вокруг «Северного потока 2»

– «Германия из-за строительства газопровода «Северный поток 2» станет заложницей России!». Имеет ли этот американский аргумент хоть какие-то основания? Или тут одна лишь борьба интересов, перетягивание каната, экономического и политического? Какая сейчас «оперативная обстановка» вокруг предполагаемых американских санкций против немецких компаний, участвующих в строительстве газопровода? 

Александр РАР

(Фото: a-tv.md)

Александр Рар, немецкий политолог, научный директор Германо-российского форума: США действительно могут ввести санкции против «Северного потока 2». Причем, на этот раз не столько против Газпрома, сколько против немецких компаний, которые участвуют в проекте строительства этого газопровода. США хотят захватить газовый рынок, отвоевать его – если нужно, силой – для своих компаний. Российский газ, который вот уже 50 лет поставляется в Европу, американцы хотят «вытолкнуть в Азию».

В США прекрасно понимают, что во времена так называемой Ostpolitik (Восточной политики – ред.), Германия через энергетический альянс строила «общее европейское пространство» с Россией от Лиссабона до Владивостока. Геополитическая постановка Вашингтона иная. США предпочитают другое общее пространство – от Ванкувера до Донецка, т.е. без России, которая таким образом оказывается в Азии. У американцев мощные рычаги для реализации своих планов; в их руках глобальные инструменты. США ещё в 1945 создали «правила игры», финансовой глобализации, которыми они сегодня управляют, чтоб сохранить себя как единственную супердержаву на планете.

Сергей Станкевич

(Фото: rost.ru)

Сергей Станкевич, российский эксперт: объективных оснований для такого рода опасений – «Германия станет заложницей» и т.п. – нет абсолютно. Потому что речь идёт не об увеличении объёма поставок газа из России в Германию. Мы сейчас примерно на 40 процентов закрываем потребности Германии. Ну, так объёмы и дальше будут в районе этих сорока процентов. Речь идёт только о перераспределении путей доставки. Сейчас для этих целей используется украинская ГТС (газотранспортная система), созданная ещё в советские годы. А после запуска «Северного потока 2» на украинскую ГТС останется лишь некоторый технологический минимум. По моим оценкам это будет примерно 30 млрд кубометров в год против нынешних 80-90 млрд. Всё это никак не увеличит зависимость самой Германии от нашего газа, но сделает наше сотрудничество более предсказуемым и устойчивым. Не зависящим от транзитных рисков.

При этом и Германия, и Евросоюз в целом имеют достаточно мощностей по приёму сжиженного природного газа. Эти мощности сейчас загружены менее чем на 30 процентов. Они существуют на тот критический случай, когда что-то, допустим, случилось с трубными поставками. То есть, повторяю, никакой угрозы, что, вот, сейчас немцы станут заложниками, как говорят в Америке, полностью зависящими от российского произвола или от российской катастрофы – в реальности не существует. Но поступательное развитие сотрудничества Германии с Россией создаёт другого рода риски для Вашингтона: Германия всё менее охотно соглашается на обострение отношений с Россией. На противостояние с ней. Пока что американцам периодически удаётся уламывать её на такое обострение. Но если экономическое сотрудничество Германии с Россией будет расширяться, то уламывать её станет труднее, и в какой-то момент Германия взбунтуется и объявит о своей политической независимости от США.

– Россия в начале 1990-х вывела свои военные базы из ГДР. А базы США на территории ФРГ остались. Будет ли большой натяжкой сказать, что Германия до сих пор остаётся страной, оккупированной американцами?

Сергей Станкевич: ну, во-первых, выбора у России не было – выводить эти базы или не выводить. Представьте себе все политические изменения, произошедшие в Германии после падения Берлинской стены. Германия уже стала другим государством. А базы сохранились. Как их обеспечивать, как их снабжать? Они остаются изолированными островами в совершенно другой, политически другой, стране. Что, надо было прорываться с боем всякий раз, чтобы их как-то обеспечивать? Они как будут существовать? В виде ощетинившихся по всему периметру крепостей, ведущих непрерывную оборону? Понятно, что их нельзя было там оставлять, и что вывод российских войск из Германии это был нормальный разумный шаг.

Теперь что касается американцев. Да, присутствие американских баз на территории Германии, конечно, ограничивает немецкий суверенитет. Дело не в том, что какие-то американские войска могут выйти из казарм и захватить Бундестаг, или поменять немецкое строительство, или оказать прямое давление на какие-то отдельные решения. Не в этом вопрос. Наличие американских баз создаёт ситуацию постоянно присутствующего военно-политического контроля. Там работают довольно мощные средства радиоэлектронной разведки, которые направлены не только вовне Германии, но и внутрь её. Всё это позволяет отслеживать настроения в стране, работу СМИ и конкретно отдельных авторитетных журналистов, продвижение политических партий в избирательных компаниях. То есть позволяет комплексно влиять на внутриполитическую ситуацию. И, конечно, Германии нужно от этого наследия холодной войны освобождаться. Понятно, что первый шаг, который был бы самым логичным, это вывод с территории Германии тактического ядерного оружия. Вот зачем на территории Германии ядерные бомбы американские? Это совершенно не понятно. Их вывод это был бы первый разумный шаг. А дальше постепенно надо избавляться от американских военных баз. Но это, конечно, будет длительная процедура. Тут вопрос в том, чтобы под эту идею возникла какая-то устойчивая политическая коалиция. А устойчивых политических коалиций на сегодня в Германии нет. Даже те, которые казались мощнейшими в Европе – даже они шатаются. Так что Германии предстоит период переформатирования политического класса. И если сложится прочная коалиция в поддержку внешнеполитической суверенизации страны, в поддержку курса на избавление от чужого, американского ядерного оружия и от американских военных баз – ну, тогда это будет новый этап в истории Германии. Но всё это пока предположительно и всё это относится на неопределённое будущее.

Александр Рар: понятно, что после 1945 года, в Ялтинском мире, Европа впервые за всю ее историю лишилась суверенитета. После этого 45 лет Европой правили две неевропейские державы: США и коммунистическая Россия. В 1991 СССР рухнул, и Европа как будто бы приобрела – через Евросоюз – свой полный суверенитет. Однако на самом деле политика Дональда Трампа показывает, что Америка по-прежнему рассматривает европейцев как неравных союзников.

Руководящие европейские элиты иногда не прочь быть американскими вассалами, поскольку такое положение даёт им военную защиту Америки, даёт им возможность не тратить много денег на собственный военный комплекс, полагаясь во всех вопросах безопасности на лидерство США. Эта ситуация мне представляется долгой, она так скоро не претерпит изменений. Но европейцам становится все больше не по себе. Американцы начинают разговаривать с европейцами, особенно с немцами, языком ультиматумов, угрозами, приказами. Это не тот добрый дядя Сэм, к которому в предыдущие десятилетия привыкла Европа.

– Какими реальными, практическими рычагами обладает правительство США в отношении правительства Германии и немецких компаний? Немцы хотят газопровод. Но американцы им этого «не рекомендуют». Что произойдёт или может произойти, если немцы проигнорируют такие рекомендации?

Александр Рар: американцы пригрозили немецким компаниям штрафами, ставят фирмы перед выбором: или сотрудничество с Россией, и тогда вы теряете американский рынок. Или же уход из России и поощрение в Америке. Большинство западных фирм выбирают Америку, они там зарабатывают большую прибыль. Кроме того, им кажется, что инвестиционный климат в США намного лучше, чем в «недемократической» России.

Сергей Станкевич: Что касается газопровода «Северный поток 2», то здесь каких-то эффективных рычагов, способных остановить этот проект, у Соединённых Штатов не осталось. Остановить нельзя, но можно существенно помешать работе. Я предполагаю, что США примут некий план Б и начнут существенно мешать работе этого газопровода. Тут возможны разные варианты. Например, американцы напрягут своих сторонников внутри Европейского Союза с тем, чтобы использовать некоторые положения евросоюзовского законодательств и сделать так, чтобы Газрпром мог загружать мощности нового газопровода только на 50 процентов. Кстати, на эти же 50 процентов работал и «Северный поток 1» прежде, чем удалось добиться изменения европейского законодательства и добиться разрешения увеличить загрузку практически до ста процентов. Но вообще эта вторая труба уже никуда не денется. А вот что касается следующих проектов, тут есть вопрос. В американский конгресс внесён законопроект, который имеет все шансы пройти и стать законом. Называется он по аббревиатуре ESCAPE. Смысл этого законопроекта в том, чтобы обрушить санкции на любые будущие трубопроводы, исходящие из России. На экспортные российские трубопроводы. То есть всех наказывать за какие-то действия, помогающие новым российским трубопроводам. Понятно, что на практике это сложно реализовать, но, тем не менее, такой американский закон будет представлять собой серьёзное внешнеполитическое оружие, которое существенно затормозит и ограничит дальнейшую экспансию России на рынке природного газа.

***

© ZONAkz, 2019г. Перепечатка запрещена. Допускается только гиперссылка на материал.

Новости партнеров

Загрузка...