Друзья познаются в пандемию

Коронавирус – очень тяжкий вызов для стран с нестабильной системой здравоохранения

«Ограниченность сотрудничества ограничивает возможности помощи», – подчеркнул Рустам Бурнашев, политолог, в ходе заседания экспертного клуба ОФ «Мир Евразии» (проходило в формате Zoom-конференции) на тему «Интеграция на службе здоровья: как пандемия повлияла на добрососедство и взаимовыручку стран и народов Евразии». Сказано это было в связи с тем, что эксперт наблюдал когнитивный диссонанс у противников ЕАЭС в Фейсбуке: «Они постоянно спрашивали «где помощь от ЕАЭС?», но ведь сами пишут в соцсетях: «Только экономическое сотрудничество, как указано в Договоре». А медицины там нет».

Эдуард ПОЛЕТАЕВ«Лечиться в Израиле (или где-нибудь еще за рубежом) – даже продав квартиру – уже нельзя, когда границы закрыты», – отметил Эдуард Полетаев, модератор экспертного клуба. Он обратил особое внимание на то, что единый фармацевтический рынок ЕАЭС создан более года назад, и это обстоятельство многим помогло в период дефицита медицинских препаратов, когда друг другу помогали родственники, знакомые и просто неравнодушные люди.

«Казахстан является одним из наиболее импортозависимых государств по лекарствам», – указал г-н Полетаев. При этом многие новые лекарства на рынок республики даже не заходят, из-за сложных бюрократических процедур по линии «СК-Фармация». «Коррупция – это системная проблема. Один Минздрав в этом упрекать нельзя», – считает модератор.

Экономический обозреватель Сергей Домнин сообщил, что местная фармацевтическая отрасль дает 10% лекарств (по стоимости) из тех, которые потребляются в Казахстане (по коробкам – больше). Имеются три крупных завода (все с иностранным участием). «По производственной цепочке это «сборочные предприятия», только собирают на них не автомобили, а таблетки», – объяснил он. После 2021 года должна начать функционировать новая маркировка товаров, которая позволит лекарствам ходить на пространстве Евразийского экономического союза свободнее. «Фармацевтическая промышленность одна из немногих, которая за первое полугодие показала рост (24%)», – отдельно выделил г-н Домнин.

«Такая пандемия происходит не каждый год. Поэтому неудивительно, что Казахстан оказался к ней не готов», – заметил политолог Замир Каражанов. Элитовед Данияр Ашимбаев сформулировал проблему так: «Людей, которые «оптимизировали» и коррумпировали медицину, стали лечить те кадры, которым они продавали дипломы. Система дала сбой». «Не будь эпидемии, эта система могла бы работать еще несколько лет, – полагает г-н Ашимбаев. – Любая отрасль в Казахстане без стресс-теста не покажет как работает».

«Здравозахоронение (по выражению Михаила Делягина) стало важным толчком политических процессов», – акцентировала социолог Гульмира Илеуова.

Участники экспертного клуба продемонстрировали очень разные оценки деятельности государственных органов в период борьбы с COVID-19, когда «масса людей болеет и умирает от пневмонии при отрицательных тестах на коронавирус» (Данияр Ашимбаев).

«Казахстан – полная импотенция власти. Ничего не понятно чего хотят, – считает экономист Айдархан Кусаинов. – Мы в очередной раз проиграли в негласной конкуренции внутри ЕАЭС России. Демонстрация суетливой нелогичности подрывает веру в страну. По моим ощущениям, самые здоровые руководители в России и Беларуси».

Аскар НУРША«Не соглашусь, что у нас госуправление не справилось, – заявил Аскар Нурша, декан Высшей школы государственной политики и права Алматы Менеджмент Университета («AlmaU»). – Если хорошо провести автоматизацию, то госаппарат работает и без ручного управления». «Аппарат плохо адаптивен, он работает по старинке. В бюрократии отсутствует элемент принятия нового: пока президент не даст установку – ничего не пройдет», – добавил он.

«В период пандемии существует только один вид управления – ручное, – уверен Шавкат Сабиров, директор Института по вопросам безопасности и сотрудничества в Центральной Азии. – Пандемия все-таки показала отсутствие государственной власти в Казахстане. Как получилось, что аптеки пустые, а склады переполнены? Нам помогают Россия и Китай, потому что не хотят иметь заразу на своих границах». «У меня самые пессимистические ожидания. Нет «скамейки запасных» у чиновников. В цирке на арене одни и те же люди. Казахстану после пандемии год, а может быть и больше, будет требоваться ручное управление», – прогнозирует он.

Журналист Сергей Козлов сравнил борьбу против коронавируса с войной. Когда начинаются боевые действия, то никто из командиров опыта не имеет. Потом все (кто выжил) учатся, набираются навыков и умений, благодаря чему действуют лучше. «К войне приспосабливаются и чиновники, и медики, и рядовые граждане. Пока еще мы на этой войне проигрываем, но воюем гораздо лучше», – дал оценку г-н Козлов. Вместе с тем он признал: «Наша власть не смогла наладить даже пропаганду».

«Чумных бунтов» у нас не было – власть смогла удержать ситуацию», – отметил Антон Морозов, политолог. Что касается евразийской интеграции, то эксперт отдельно выделил следующее: «Пандемия, по идее, должна была подтолкнуть всех в объятья друг друга. На самом деле все пошли в одиночку или по пути двустороннего сотрудничества. Россия помогала самым дорогим, что у нее есть – кадрами».

Адиль КаукеновРазные участники экспертного обсуждения обратили внимание на то, что в информационном поле Казахстана российская медицинская помощь была воспринята неоднозначно. Ряд национально озабоченных жителей соцсетей принял ее в штыки. «Те, кому нужна помощь, воспринимают ее хорошо, кто не верит в коронавирус – тем и внешняя помощь не нравится», – заметил по данному поводу востоковед Адиль Каукенов. Он читал комментарии под материалами про китайскую гуманитарную помощь для Казахстана. «На этом фоне российская помощь принимается восторженно», – резюмировал он.

Г-н Каукенов указал на проблему избирательной работы законов в отношении граждан республики: «Если бы первые заболевшие были бедными людьми, а не из Куршевеля, то их посадили бы на карантин. А с заболевшими из Франции и Италии наш госаппарат не справился».

Историк Леся Каратаева построила свое выступление вокруг новомодных терминов «баг» (ошибка) и «фича» (фишка). В ЕАЭС COVID-19 воспринимают как «баг», но «повестка коронавируса в имидже евразийской интеграции не изменила ничего; баланс негативных и позитивных оценок остался прежним». «COVID-19 – это «фича», нам придется с ним жить, – считает она. – ЕАЭС продемонстрировал разные реакции на коронавирус. Но та же Беларусь все равно «просела» экономически, потому что возникли хозяйственные проблемы в ее странах-партнерах».

«Появилась новая грань интеграционных процессов: медицинская, – отметила политолог Мадина Нургалиева (КИСИ). – Повысилась актуальность вопроса признания медицинских дипломов внутри ЕАЭС».

***

© ZONAkz, 2020г. Перепечатка запрещена. Допускается только гиперссылка на материал.

Новости партнеров

Загрузка...