Баста, Антонио!

В Москве проходит “итальянская забастовка” врачей. Городские власти сильно переполошились. Что этот опыт может дать казахстанцам?

Полтора года назад по-итальянски бастовали медики Ижевска (это столица Удмуртии) — и добились повышения зарплат на 30-50 процентов, отмены сверхплановых нагрузок и увеличения ежегодного финансирования медицины в объёме 1,6 млрд. рублей. Для маленькой Удмуртии это огромные деньги. Теперь вот права качают московские врачи и медсёстры.

Главное отличие итальянской забастовки от обычной состоит в том, что “итальянить” (такое понятие существует в российском протестном обиходе с начала XX века) значит не прекращать работу, а наоборот — выполнять свои обязанности в буквальной, даже издевательской точности по закону и должностным инструкциям.

Например, участковый терапевт по действующим нормативам должен принимать в день 15 человек и тратить на каждого пациента 20 минут. На самом деле он принимает 25 больных, а то и 30. Поэтому спешит. Записи в амбулаторной карте делает как попало. Ведёт приём допоздна и без всяких сверхурочных, за одну зарплату.

И вот терапевт говорит — баста! Буду принимать 15 пациентов, и всё. Но сначала он обращается к администрации поликлиники с письменным запросом. Предлагает в соответствии со статьей 62 Трудового кодекса РФ предоставить ему заверенные надлежащим образом копии действующих нормативов времени приема пациента, должностных обязанностей терапевта, внутреннего распорядка рабочего дня и так далее. Вот здесь оргсекретарь профсоюза “Действие” Андрей Коновал (он был организатором ижевской забастовки, сейчас участвует в координации московской) всё расписал подробно.

Получив запрошенные документы (или отказ их предоставить), врач объявляет, что с такого-то дня начнёт жить “по уставу”. Даёт начальству ещё как минимум неделю на согласовательные процедуры. Потом начинает “бастовать”. Обычно это выражается в том, что терапевт принимает только тех больных, которые пришли по талончикам.

Куда деваться остальным пациентам? Тем, что в “живой очереди”? Их начинают лихорадочно распихивать по другим терапевтам. К приёму подключается заведующая отделением и её заместители. А если “итальянят” сразу два-три терапевта, поликлиника встаёт на уши.

При этом возмутители спокойствия ничего не нарушают! Напротив, строжайшим образом соблюдают законы и правила. Одновременно выявляя системные проблемы российского здравоохранения – и, по идее, ускоряя их решение.

Именно так получилось осенью 2013 года в Ижевске. Туда после начала забастовки срочно выехала специальная комиссия Минздрава и Фонда обязательного медицинского страхования. Были обнаружены серьёзнейшие нарушения оплаты труда и финансовой дисциплины. Приняты радикальные меры по выправлению положения.

В Москве ситуация гораздо более замысловатая. С одной стороны, тут врачи и медсёстры получают заметно больше, чем в провинции. С другой – в российской столице как раз сейчас идёт довольно мутная медицинская реформа. В ходе “оптимизации здравоохранения” закрываются некоторые больницы и поликлиники, высвобождаются огромные здания в центре города. Москвичи поговаривают, что в этом цель реформы и состоит. Тысячи “лишних” врачей и медицинских сестёр уже попали под сокращения. У остальных увеличилась нагрузка.

И вот в таких непростых условиях некоторые решительные столичные медики захотели “поитальянить”. Наглядно обнажить проблемы здравоохранения. Одним из главных инициаторов забастовки выступила терапевт Анна Землянухина, лидер московской ячейки профсоюза “Действие”. Аня, кстати, активно ведёт аккаунт в фейсбуке, выставляет там свои фотографии в косухе на мотоцикле и другие смелые снимки.

Началась забастовка 24 марта. Масштабы её очень скромные: о своей решимости бастовать объявили около 20 врачей, медсестёр и акушерок из шести столичных поликлиник. Еще примерно столько же медиков сказали, что они намерены присоединиться к акции через неделю, если не заметят обещанных улучшений в организации работы своей поликлиники.

Вроде бы капля в море, но эти движения вызвали бурную реакцию городского медицинского начальства. Итальянская забастовка стали мишенью мощной информационной атаки, участие в которой приняли лично вице-мэр Москвы Леонид Печатников, курирующий социальную сферу, и глава столичного департамента здравоохранения Алексей Хрипун. Высокопоставленные чиновники дали для СМИ развернутые комментарии. Заявили, что, во-первых, забастовка провалилась. А во-вторых — её организаторы преследуют политические цели и работают на подрыв российской государственности.

Одновременно в социальных сетях появились рассказы некоторых участниц забастовки о впечатлениях.

“Я сегодня первый раз с начала года спокойно вела прием, всё написала нормальным почерком!”, — сообщила участковый терапевт Ирина Кутузова (Московский Диагностический центр №5). “Впервые за несколько лет получила удовольствие от работы”, — написала акушер-гинеколог Екатерина Чацкая (Городская поликлиника №180, филиал №4). Кстати, за три дня до начала забастовки в ходе “согласовательных процедур” Екатерина добилась, чтобы ей перестали ставить смены на воскресение. В день начала акции администрация публично объявила, что воскресение станет выходным днем и для всех коллег Чацкой.

Я поговорил с оргсекретарём профсоюза “Действие” Андреем Коновалом. Он подтверждает, что забастовка идёт, в ней участвует более двадцати человек, а не двое-трое, как заявили московские чиновники.

— Андрей, мне кажется, самый тонкий момент — отношение пациентов к таким акциям. Если забастовка более или менее массовая, она создаёт для пациентов большие проблемы.

— Да, мы это ясно понимали. Если бы, допустим, все сто процентов медиков решили “итальянить”, мы бы наоборот выступили против, потому что это действительно нанесло бы ущерб пациентам. Мы бы приняли меры, чтобы ограничить масштаб события. Но количество участников небольшое.

Базовая проблема состоит в том, что у нас в России практически невозможно законно организовать обычную забастовку. Специально придумана сверхсложная процедура. Требуется согласие большей части коллектива и соблюдение кучи формальностей, из-за которых на любом этапе забастовку могут сорвать.

— Приходится импровизировать.

— Да. При этом надо понимать, что наша забастовка – не в точном значении итальянская. Классическая итальянская забастовка ставит своей целью нанесение экономического ущерба предприятию.

— Насколько я знаю, к определению классической итальянской забастовки точнее всего подходит слово “волынить”. То есть делать всё с подчёркнутым, издевательским соблюдением инструкций – и замедлять таким образом работу. Срывать план.

— Абсолютно верно. А мы как раз не стремимся нанести экономический ущерб медицинскому учреждению. И, тем более, не стремимся создать проблемы для пациентов. Наоборот, речь идет о более тщательном осмотре каждого пациента каждым врачом. Просто перестать спешить – вот в чем задача. Причём, в Трудовом Кодексе и производственных правилах на этот счёт всё нормально расписано, но эти правила не соблюдают! Их просто тупо не соблюдают.

Мы в ходе забастовок и в ходе последующего анализа результатов этих акций создаём доказательную документальную базу, подтверждающую, что в России в государственных масштабах допускается халатность должностных лиц, которые создают проблемы в организации медицинской помощи. Конечно же, этим лицам наша работа не нравится.

московские врачи

***

© ZONAkz, 2015г. Перепечатка запрещена. Допускается только гиперссылка на материал.

Новости партнеров

Загрузка...