Война Миров. Керченский инцидент

Украина не дотянула до морской войны с Россией – побили метлой

Киев не получил морского подразделения «небесной сотни». Все те, кому была отведена роль коллективного крейсера «Варяг» под жовто-блакитным флагом находятся в российском плену в статусе нарушителей государственной границы. В Керчи пришвартованы задержанные бронекатера «Никополь», «Бердянск» и рейдовый буксир «Яны Капу». Каким был изначальный замысел украинской стороны не понятно, потому что PR-кампания после захвата кораблей и экипажей российской стороной спадает, военное положение введено только в 10 областях незалежной и требуется какое-то более-менее логическое продолжение ситуации.

Инцидент в Керченском проливе создает чрезвычайно обширное пространство для версий и предположений. Одной из первых возникает фигура Петра Порошенко. У президента Украины уже продолжительное время низкий рейтинг, а выборы-2019 стремительно приближаются. Новый виток обострения отношений с Россией, введение военного положения (пусть и не на всей территории страны) дает действующей власти контроль над СМИ, а значит и электоральные позиции Порошенко усиливаются. С другой стороны, до марта следующего года еще не близко и в период до выборов нужна какая-то динамика на российском направлении вообще и азовском в частности.

керченский инцидент

События 25 ноября показали, что украинские ВМС к боевым действиям не готовы. О причинах такой реальности можно только догадываться, но факт очевиден: «Никополь» и «Бердянск» ответного огня не открывали, вышедшие из Бердянска (украинская военно-морская база в Азовском море) на помощь захватываемым в плен боевые корабли под воздействием российских самолетов и вертолетов вернулись обратно и в бой не вступили.

Создание Киевом военно-морской базы на Азовском море Кремль явно нервирует. Например, если два вооруженных ракетами «Калибр» корабля Каспийской флотилии РФ сейчас находятся у сирийских берегов в Средиземном море, то куда больше боевых судов переброшено в Азовское море. Оно по своим характеристикам очень похоже на мелководный северный Каспий, а потому корабли там в той среде, для действий в которой предназначены.

Возможно, свою долю во взвинчивание общей напряженности внес украинский капитан Дмитрий Коваленко, который с кораблем управления «Донбасс» и буксиром «Корец» 22 сентября 2018 года прошел через Керченский пролив в Бердянск. По информации российской стороны, капитан уведомил ее о проходе, после чего получил лоцмана и в сопровождении боевых кораблей под Андреевским флагом прошел под опорами моста. Однако в бесчисленных интервью Коваленко утверждал, что никакого запроса на проход не подавал, корабельная пушка была заряжена и готова к ведению огня в случае российской агрессии. А вот в ноябре россияне проход запретили, корабли захватили и в ответ никто не стрелял.

Разбирающие инцидент в Керченском проливе наблюдатели отмечают, что сначала российская сторона выполнила все положенные формальности международного морского этикета. Украинские корабли предупредили по рации, им посигналили, провели «навал» на нарушителя, а вот дальше все пошло жестче, чем как бы полагается. Например, неподчиняющемуся судну принято стрелять в двигатель, тогда как российские пограничники стали вести огонь по местам расположения экипажа. Сурово, но эффективно, потому что ответной стрельбы не последовало и на борт высадились абордажные команды.

Из выложенных в Сеть переговоров российских моряков ясно следует, что они вошли в боевой кураж и готовились пойти на самые крайние меры. Правда, открытым остается вопрос: это эксцесс исполнителя или следование в русле общей политической установки? Как бы то ни было, но украинские моряки и находившиеся на кораблях сотрудники СБУ в российском плену, только имеют статус не военнопленных, а нарушителей госграницы и дальнейшая судьба их туманна. Совершенно ясно, что украинские военнослужащие являются разменным козырем в политических играх, а вот на что их будут менять – пока слишком широкий выбор.

Введение военного положения в украинских областях, граничащих с Россией и Приднестровьем, требует какого-либо продолжения. Сегодня ясно, что при всех перебросках российских кораблей из Каспийской флотилии в Азовское море никакого десанта на Мариуполь или Бердянск не будет. Тогда что делать Порошенко? По идее, можно усилить военное давление на ЛНР/ДНР, но подобные акции успеха не гарантируют. К тому же практика свидетельствует, что как только у непризнанных республик дела начинают идти плохо – к ним на помощь приходят усиленные батальонные тактические группы из России. Не стоит забывать, что рейтинг Владимира Путина после повышения пенсионного возраста для россиян практически обвалился, а потому в силу комплекса обстоятельств он не может допустить поражения ЛНР/ДНР в схватке с Киевом.

украина россия война

Международную реакцию на пленение украинских кораблей и их экипажей в Керченском проливе стоит рассматривать дробно. На словах коллективный Запад осудил российскую агрессию, но никаких новых санкций по данному поводу против Москвы не планирует. Канцлер Германии Ангела Меркель, как главный кредитор Украины по линии Евросоюза, обещала надавить на президента Порошенко, дабы удержать его от необдуманных действий. Про сворачивание строительства Северного потока-2 и отказ от российских энергоносителей никто в Европе даже не заикался. «Осуждать» Россию в формате ООН, где у нее право вето – дело заведомо бесполезное.

В медийной сфере, давая оценки событиям 25 ноября, украинская сторона апеллирует к договору от 24 декабря 2003 года об использовании Азовского моря и Керченского пролива. Однако проблема даже не в том, что все это было еще до возвращения Крыма в состав России, а в Большом договоре между Россией и Украиной 1997 года, который был расторгнут украинской стороной в этом году.

Киев стоит на том, что не признает включения Крыма в состав РФ, а значит и юрисдикции Москвы над Керченским проливом. Но чтобы реализовать существующее в голове украинского руководства право на свободное судоходство, нужно иметь как минимум военную силу. Керченский инцидент в ноябре показал, что такой силы у Украины нет, а следовательно и свободного судоходства в территориальных водах России тоже.

Что касается российских пограничников, то у них альтернативных вариантов действий просто не было. Если они пропускают чужие боевые корабли без разрешения, то это уже не граница, а проходной двор. Здесь картина мира в головах у нарушителей вступает в противоречие с должностными инструкциями и предписаниями службы, которые имеют явный приоритет. В результате действий погранслужбы и поддерживающих ее сил флота уровень конфликта между Украиной (и поддерживающим ее коллективным Западом) и Россией возрос, но вместе с этим вырос геополитический вес Москвы. Когда военнослужащие исполняют отданные им приказы – с таким фактором приходится считаться всем.

***

© ZONAkz, 2018г. Перепечатка запрещена. Допускается только гиперссылка на материал.

 

Новости партнеров

Загрузка...