Казахстан для казахов. Казахстан в глобальном мире. Часть 2

Размышления «русскоязычного» по ходу выборов второго президента

Казахстан для казахов. Транзит пошел — держитесь! Часть 1

Со времен исчезновения СССР мы сами и жизнь вокруг нас радикально изменились. Несомненно, уровень жизни стал выше, но это благодаря научно-техническому прогрессу, добавившему материального обеспечения, разных занятий и развлечений больше, чем любой политический строй. Жить стало сытнее и разнообразнее, но – вряд ли веселее. Телевидение и интернет-пространство насыщены предчувствиями приближающейся мировой войны и глобальных катаклизмов. Из Казахстана же не катастрофически, но уверенно утекают кадры – в поисках лучших перспектив уезжает молодежь и квалифицированные специалисты. Это — не считая общей тревоги по поводу начавшегося транзита.

Петр Своик

Что ж, мы с вами не можем отменить ход мировых событий, но понимать их логику и движущие силы вполне способны, а с этим жить проще. В конце концов, даже при выборе новой родины для еще не родившихся детей важно не ошибиться в понимании, что там будет ко времени их возмужания.

Мир – это ТНК

Итак, мы с вами живем в эпоху ТНК – транснациональных корпораций. XIX век пошел на созревание крупно-товарных капиталистических производств внутри государственных оболочек, что и породило все три (последняя – холодная) мировые войны XX века, разрушивших унаследованные от феодализма монархические империи и породивших современный наднациональный рынок с властвующими на нем ТНК. Кардинально переменилась роль государств: если раньше они вели войны за расширение территорий для своих банкиров, промышленников и торговцев, то теперь войны ведутся за закрепление за своими ТНК территорий вне национальных границ.

Таких – наднациональных – формирований, фактически и образующих более или менее суверенные надгосударственные образования, во много раз меньше, чем оставшихся от прошлых исторических этапов формальных государств. Если в мире почти две сотни как бы суверенов – членов ООН, то наднациональных формирований, внутри которых обеспечивается хотя бы относительная финансовая, экономическая, информационная, научно-техническая, военно-оборонная и образовательная суверенность – не более десятка, из них первого ряда – от двух-трех и до пяти-семи, не более. В центре – государство, играющее роль метрополии, вместе с ним – плотные исторические союзники, фактически составляющие то же метропольное ядро, а по периферии – государства-сателлиты. Соответственно, сутью современной геополитики является борьба за включение и удержание государств-сателлитов в орбите собственного влияния, и за ослабление конкурирующих метрополий и их сателлитов.

А это переводит собственно сухопутные или морские сражения из решающего во вспомогательный формат – основными становятся экономические и информационные боевые действия против конкурирующих ТНК. Яркий пример – война в Сирии и на Украине. Тактически, это сражения за закрепление европейского рынка за российскими или американскими (либо контролируемыми ними) поставщиками газа и нефти. Стратегически же – это борьба за определение будущих границ раздела политического и экономического влияния между Европейским и Евразийским союзами. Причем граница эта, в силу неотменяемой тенденции транзита доминирования с Запада на Восток, будет проведена даже не по Украине, а существенно западней.

Исторически существование Европы – это борьба за гегемонию, в последние столетия – между Англией, Францией и Германией. В таком контексте Европейский союз – это внеисторическое образование, ставшее возможным благодаря американской оккупации Европы и их экономической крыше. Сейчас сами США эту крышу разбирают, Англия Евросоюз практически покинула, а вариант сохранения европейского единства за счет нерушимого франко-германского ядра не выглядит реалистичным. Европа, конечно, не потеряет своего комфорта и производственной культуры, но станет существенно более рыхлой и менее дружной внутри себя. А тут еще беженцы. Лучшие ее времена – позади.

В наиболее сложном положении – США. Если все остальные ТНК по любому профилю – энергоресурсы, машиностроение, продовольствие, вооружения, и так далее, просто поделили глобальный рынок, то корпорация по производству мировых денег – ФРС – монополизировала его полностью. Эмиссия любых других валют прямо или опосредовано привязана к доллару – так все устроено. Само же долларовое производство – сверх затоварено. По жизненным показаниям необходимо освобождение от пирамиды долгов, а рецепта – нет. Стань президентом Клинтон – продолжилась бы поддерживающая терапия, с непредсказуемым по времени, но неизбежным по анамнезу биржевым крахом. Трамп призван для перевода США из глобальной долларовой державы в национальную, но даже благополучный исход такой операции не обещает восстановления былого здоровья.

В лидирующем, но – промежуточном положении находится Китай. И не потому, что его ВВП вышел на уровень американского, объем ВВП – вообще дело третье. Важен не арифметический размер, а достаточность национального валового продукта для обеспечения (наука, образование, инфраструктура) внешней деятельности ТНК и поддержания социально-политической стабильности в стране. Китай – мировой лидер потому, что он – сейчас единственный, осуществляет массированные внешние инвестиции. А лидерство это временное потому, что инвестирование осуществляется не в юанях, а за счет накопленных долларовых запасов. Вообще же Китай, при заполнении его товарами едва ли не всего мирового рынка, лишь подступается, правда – широким фронтом, к объективному лидерству – у него пока нет ни одной мирового класса ТНК. Хотя в авиационном, железнодорожном и судостроении, космонавтике, энергетике, металлургии и других базовых отраслях он к этому приближается.

Почему Путин не рвет с Западом

Россия – в разрезе ТНК выглядит существенно лучше, нежели в оценке с позиций собственно государства. При всей массе нерешаемых проблем на ее собственной территории, депрессивных регионах, разрухе и не обустроенности, это страна базирования «Газпрома» и «Новатэка», «Сибнефти» и «Лукойла», «Роскосмоса», «Росатома» и «Рособоронэкспорта», «Русала», «Евраза», «Северстали» и так далее.

Прочему президент Путин не торопится расставаться с либералами в правительстве и в послушным МВФ Центробанке, не форсирует евразийскую интеграцию? Потому, что он сначала президент российских транснациональных компаний, а потом остальной России. Для ТНК же нужен внешний — долларовый — рынок, нужно финансирование на нем и не нужны санкции. Которые и есть инструмент войны с российскими ТНК за внешние рынки. Российский же или евразийский рынки российским ТНК нужны лишь во вторую очередь, либо не нужны вовсе.

Возможно, тактика выжидания действительно лучшая в этих условиях, ведь земля горит не под российской, а под американской глобальной системой, важно только не опоздать с появлением национальной валюты, нацеленной не просто на внешнее торговое, но и внешнее инвестиционное обеспечение. И создание такого внешнего инвестирования не может не начаться со строительства общего евразийского плацдарма.

Рядом с большими

Теперь Казахстан… у нас нет ни одной собственной ТНК. «Казмунайгаз» — это всего лишь внутренние трубопроводы и не лучшие нефтепромыслы (не считая некоторых проблемных активов в Румынии), все лучшее отдано иностранным транснациональным компаниям. Черная и цветная металлургия – примерно то же самое. «Казатомпром»: по объемам, это первая в мире добывающая компания, но … добывается исключительно сырой уран, и 100% этого сырья вывозится. Причем почти половина добывается в СП, через которые в Казахстан зашли как раз ведущие атомно-энергетические ТНК России, Франции и Китая.

Было производство топливных таблеток на УМЗ, — россияне построили свое. Опасающийся вернуться под Россию «Казатомпром» много лет пытался восстановить таблеточное производство уже с французами – обещания обещаниями и закончились. Теперь за реанимацию не просто таблеточного, а производства готовых топливных сборок взялся Китай – это означает его уверенность в надежной привязке Казахстана уже к своему атомно-энергетическому комплексу. Тем временем Узбекистан вдруг взял и договорился с «Росатомом» сразу о строительстве АЭС, теперь именно он будет включен в ТНК мирового класса, и первая в Центральной Азии атомная электростанция появится у соседей. Хотя Минэнерго Казахстана уже много лет лелеет (исподтишка) планы строительства АЭС в Курчатове (где она совсем не нужна) или в виде Балхашской ТЭС (которая нужна действительно). Досрочный же, — еще до выборов, визит президента Токаева в Россию поставил вопрос ребром: нам тоже сделано предложение о строительстве АЭС, от которого трудно будет отказаться.

В целом же формально суверенный Казахстан, как раз в силу обретенной после распада СССР суверенности, фактический сателлит, и при этом – многовекторный. Что обеспечивает такому сателлитному положению относительную устойчивость, но – консервирует придаточное положение в мировом разделении труда и лишает шансов на развитие.

Для корабля, держащего курс в разные стороны, никакой ветер не будет попутным. Так и для суверенного Казахстана любой рынок – иностранный. Будь то рынок для экспорта казахстанских товаров: ничего, кроме сырья, максимум – слегка переработанного, на такой внешний рынок не протолкнуть. Будь то рынок необходимых (особенно, ввиду категорического недостатка собственных) инвестиций – иностранные инвесторы всегда будут вкладываться только в экспорт сырья, в сопровождающую такой экспорт торгово-финансовую инфраструктуру, и всегда постараются вывезти с прибылью не только все вложенное, но и сильно сверх того.

Шаг вперед, два шага назад

Разумеется, какое-то время можно будет просуществовать и в нынешнем экономическом формате, но это движение вспять. Достаточно напомнить, что сегодняшние параметры экономики Казахстана, это повторение итогов … восьмилетней давности. Прошлый 2018 год мы закончили с показателем ВВП $171 млрд., это больше достигнутого в 2010 году (148 млрд), но не дотягивает до результата 2011 года ($192 млрд). По экспорту прошлый 2018 год вывел нас на $61 млрд, и это уровень 2010 года (60 млрд). Точно также и импорт 2018 года – $33 млрд, это повторение планки 2010 года (31 млрд).

В этом году правительство будет сражаться за прирост ВВП между тремя-четырьмя процентами, успех подтянет нас к 2011 году, а далеко впереди зияющие высоты пятилетней давности: в 2013 году ВВП достигал $237 млрд, экспорт $85 млрд и импорт $49 млрд.

Но самое неприятное – структура экономики, вся сориентированная на «многовекторный» экспорт сырья на внешние рынки, с многовекторным же внешним закупом промышленных и потребительских товаров.

Доля экспорта в ВВП Казахстана непропорционально велика – от половины до, как минимум, трети. А с учетом обслуживающих экспорт транспорта, энергетики, строительства и торговли на внешние рынки работают три четверти национального потенциала. Можно сказать, что экономика Казахстана производит, в основном, то, что страна не потребляет.

То же можно сказать и про импорт, примерно три четверти которого служат даже не наполнению потребительского рынка, а элементарно поддержанию того же экспорта.

Независимость или колониализм

Общий вывод: подаваемая как суверенная казахстанская экономическая модель, целиком ориентированная на внешние рынки, на самом деле сугубо не суверенна. Такие внешние рынки с удовольствием продолжат покупать казахстанское сырье, и с удовольствием поставлять сюда готовые товары, но и не более. Много лет провозглашаемая властями политика привлечения иностранных инвесторов для развития неких не сырьевых производств, в том числе экспортно-ориентированных – нереализуемый миф.

Освоение внешних рынков не сырьевыми товарами – возможно, но для этого требуется не просто экономический, а – геополитический потенциал. Вообще же реальное развитие возможно не через внешние, а – через собственный рынок, при условии его достаточности для использования всего созданного еще в СССР промышленного потенциала. То есть, формат выхода из выдыхающейся экспортно-сырьевой модели лишь один – Евразийский экономический союз. А уже через него – не сырьевое освоение рынков третьих стран и объединений.

Мысль более чем простая, но еще не созревшая. Не созревшая во многих смыслах. Это и компрадорские правящие элиты, вставленные во внешне эксплуатируемую экономику, и просто национал-патриоты, ставящие во главу угла «независимость». И элементарная неготовность самого Евразийского экономического союза предложить участникам привлекательную идею и механизмы совместного инвестирования и развития.

Что ждет такой мир дальше?

Большой войны, надеемся, не будет – уходящие и приходящие ТНК будут, — через проводящие их интересы государства, тузить друг друга санкциями, информационными фейками, в худшем случае – периферийными войнами. Взаимное истребление не нужно никому. Хотя падающий долларовый гегемон может чего-нибудь и натворить, от чего лучше держаться подальше.

Вообще же любая национальная государственность, Казахстан в том числе, если она сама не есть центр базирования мирового класса компаний, является эдаким «местным самоуправлением», — поставщиком ресурсов, прежде всего – человеческих, для метропольных центров. Благо, наиболее молодые и перспективные без затруднений могут покидать границы родного государства для учебы или трудоустройства в иных столицах. А коль скоро современный Казахстан есть многовекторная сырьевая, монетарная и информационная периферия сразу нескольких метрополий, туда и утекает лучший национальный потенциал, оставляя родной провинции что ей и положено – тихое дожитие родителей.

Как закрепить молодежь на отчей земле, обеспечить ей социальный лифт и участие в строительстве не просто родной, но и самой современной государственности – вот ключевой вопрос для следующего президента.

***

© ZONAkz, 2019г. Перепечатка запрещена. Допускается только гиперссылка на материал.

Новости партнеров

Загрузка...