Что в действительности есть общего у казахов и турок, кроме их тюркских языков?

Получается, что расовая идентичность или близость - это главнейший критерий, по которому определяется налаживание родственных взаимных связей (в казахском понимании) между разными народами

Издание Nashaarmenia.info опубликовало статью под названием «Турецкий профессор-этнограф Профессор Махтурк разбил теорию о собственном народе».

В ней говорится так: «Я много раз испытывал гордость за культуру моего народа. Но я как ученый должен передать эти знания и культуру молодому поколению, чтобы оно не попало под влияние чужой культуры или антикультуры. Поэтому я хотел узнать: кто мы такие – современные турки, откуда пришли и куда мы идем?

И я, как истинный патриот, решил поехать на родину моих предков – в Среднюю Азию и в Алтайский край, в Россию, чтоб увидеть, откуда в 12 веке пришли мои предки – сельджуки, огузы и туркмены – в Анатолию. Я хотел познакомиться с корнями турецкого народа, с историей его культуры, быта, с традициями, языком, семейными взаимоотношениями и т.д. Хотел навести мосты между турками Турции и тюрко-язычными народами, и сосредоточить их взгляд на наши общие корни. Мне в то время казалось, что мы две части одного народа и должны иметь много общего. Наши братья, проживающие в Средней Азии и Алтае, жили монотонно на своих землях. Конечно, в советский период они в течение 70-80 лет подвергались культурной экспансии и несли потери.

Но, другое дело 800 лет, когда мы, турецкие турки, были биологически оторваны от нашего родного биологического поля. Мы веками жили в новом цивилизационном поле, и чужая культура оказывала сильное влияние на наше культурное развитие. Оседлость – вот главное влияние аборигенов на сельджуков.

Этнографы знают: для того, чтобы изучить и познать самобытность любого народа, нужно ходить по глухим деревням, где люди не подвергались влияниям времени – урбанизации, вестернизации, глобализации и т.д. К счастью для этнографа, такие места сохранились в Средней Азии. Конечно, не совсем в чистом виде, но все равно сохранилось достаточно много информации, которая дает нам представление о быте, традициях, нравах и т. п. турко-язычных народов с научной точки зрения. Я был поражен, насколько мы – турки Анатолии – не похожи на них ни внешне, ни в быту, ни по поведению. Нет ничего общего, что могло бы нас характеризовать как народы, имеющие единое расовое родство.

После изучения всей информации и богатого материала, я пришел к выводу: жители, проживающие в Средней Азии и Алтае, принадлежащие к тюркской группе, антропологически являются монголоидами, а мы, жители Анатолии, принадлежащие к тюркской группе – европеоидами».

Вот уже в течение трех десятилетий у нас в Казахстане – определенно с подачи извне — принято с подчеркнутой гордостью заявлять о том, что казахов и турок связывает кровно-этническое родство. Идея пришла оттуда, из Турции. И она тут оказалась благодарным образом подхвачена и при каждом удобном случае в бездумно-дежурном порядке повторяется представителями казахстанского истеблишмента и деятелями казахской культуры. Подобная ответная реакция вполне объяснима. Традиционному казахскому сознанию издавна свойственна тяга к поиску родственников. Так что нет ничего удивительного в том, что все эти разговоры о родстве казахов и турок вызывают экзальтацию. Но под ними в действительности нет никакой реальной почвы. Казахская историческая память в виде народного фольклора (эпических сказаний, сказок и т.д.) не выделяет как-то тюркское происхождение казахов и не дает никакой установки на тюркскую солидарность. Так что утверждать, будто испытание близости к таким народам, как турки и азербайджанцы, имело в Казахстане сколько-нибудь продолжительную историю, не приходится. Что же касается проверенных родственных чувств, их казахи питают к кыргызам и каракалпакам. А еще у казахов общие с астраханскими и дагестанскими ногайцами культура и фольклор. Что же касается таких европеоидных тюркских народов, как кумыки, карачаевцы, балкары и гагаузы, казахская историческая память практически никаких сведений о них не содержит.

То есть получается, что казахи в прошлом тесно контактировали и имели родственные связи, измеряемые понятием «қыз алысып-қыз берiсу» («вводить их дочерей в свои семьи в качестве невесток и выдавать своих дочерей их сыновьям замуж») главным образом с монголоидными кочевыми тюркскими мусульманскими, а порой даже с нетюркскими и не мусульманскими народами. И главным критерием налаживания таких отношений служили, по всей видимости, не языковая и религиозная общность, а сходство традиций и образа жизни и расовая близость. Такой фактор, судя по всему, остается действенным поныне. Этот вывод подтверждается тем, что с казахами куда тесней, чем живущие в Казахстане турки или азербайджанцы (и вообще все кавказского происхождения казахстанцы), породнились корейцы. В их среде доля браков, заключаемых с казахами и казашками, измеряется десятками процентов. А в среде турок и азербайджанцев – десятыми и даже сотыми долями одного процента. А в соседней России в первую тройку чаще всего вступающих с тамошними казахами и казашками в брачный союз народов входят: ногайцы (тюркоязычные мусульмане), калмыки (не тюркоязычные ламаисты) и алтайцы (тюркоязычные не мусульмане).

Получается, что расовая идентичность или близость — это главнейший критерий, по которому определяется налаживание родственных взаимных связей (в казахском понимании) между разными народами.

***

© ZONAkz, 2020г. Перепечатка запрещена. Допускается только гиперссылка на материал.

Новости партнеров

Загрузка...