Грозит ли казахстанским чиновникам люстрация?

Токаева послушали – теперь бы еще и послушаться…

Изучив ровно по два послания двух казахстанских президентов, мы пришли к выводу о том, что Казахстан, где коррупция, увы, как грибок, разрослась во всех уровнях власти, все-таки эволюционирует в своей борьбе с ней.

Мы боремся уже не только с бытовой, первобытной коррупцией, но и постепенно переходим к борьбе с капиталистическими ее проявлениями, в виде зарубежных счетов, дорогой недвижимости и роскоши.

Однако многие поручения и пожелания президентов исполняются очень плохо: никто не хочет рубить сук, на котором сидит.

Нур-Султан, свободный…

В своем послании 10 января 2018 года президент РК Нурсултан Назарбаев поставил проблему с коррупцией на девятое место. На первом, в соответствии с заявленной темой послания «Новые возможности развития в условиях четвертой промышленной революции», оказалась индустриализация, которая «Должна стать флагманом внедрения новых технологий». В качестве основного продукта. Потом в казан добавлены природные реусурсы, «умные» технологии, все приправлено брутальными рассуждениями об особой роли науки, особом качестве образования. И даже пункт об эффективности государственного управления был поставлен выше, на восьмое место…

В общем, тогда глава государства заявил о борьбе с коррупцией и верховенстве закона. Дескать, проводится большая работа: «Только за 3 последних года осуждено за коррупцию более 2,5 тысячи лиц, включая топ-чиновников и руководителей госкомпаний. За этот период возмещено порядка 17 миллиардов тенге нанесенного ими ущерба». И далее сказал о том, что идет цифровизация процессов в госорганах (граждане должны видеть, как рассматриваются их обращения, и вовремя получать качественные ответы), осуществляются институциональные преобразования судебной и правоохранительной систем, расширены права адвокатов, а также судебный контроль на досудебной стадии. В общем, углубляться в тему не стал, полагая, видимо, что борьба с внутренним врагом – дело внутреннее, не терпящее шума.

5 октября 2018 года, уже в другом послании, которое посвящено теме роста благосостояния казахстанцев, необходимость борьбы с коррупцией переместилась на третье почетное место. Но понимание природы коррупциии не изменилось.

Нурсултан Назарбаев заявил, что, во-первых, следует добиваться снижения прямых контактов госслужащих с населением в рамках предоставляемых госуслуг. Тот же смысл, когда он говорил о цифровизации, только иными словами. В качестве примера он привел бюрократические процедуры в сфере земельных отношений и строительства, поручил создать информационную базу данных о земельном фонде и обьектах недвижимости (кто знает, выполнено ли это поручение?) и как бы посоветовал (безадресно и, значит, безрезультатно) провести соответствующую работу и по всем остальным направлениям, которые вызывают критику людей и бизнес-сообщества.

И здесь же вскользь сказал о том, что нужно проработать вопрос повышения персональной дисциплинарной ответственности первых руководителей при совершении коррупционных правонарушений их подчиненными и распространить опыт столицы по реализации антикоррупционной стратегии в рамках проектов «Регионы, свободные от коррупции». Что это за опыт? В столице успехи по борьбе с коррупцией особенно впечатляющие? Ах да, тогда еще не грянул скандал с развоворываем средств ЛРТ…

Проект с претензиозным названием «Регионы, свободные…», действительно, стартовал весной 2019 года, но что-то пошло не так. В основу концепции положили идею формирования антикоррупционного менталитета, начали создавать комфортные условия по получению госуслуг (по крайней мере, со слов Алика Шпекбаева, председателя Агентства Республики Казахстан по делам государственной службы и противодействию коррупции РК), но уже скоро после презентации позабыли о своем энтузиазме в деле искоренения бытовой коррупции.

Наше мнение. Даже этот короткий разбор понимания природы коррупции говорит о том, что первый президент вел речь прежде всего о бытовой коррупции. Безусловно, она присутствует, есть даже исследование на эту тему от НПО. И именно она накладывает отпечаток на ценности общества: каждый знает, что в Казахстане можно решить любой вопрос. И дело лишь в цене этого решения.

Однако проблема гораздо шире – основные, мощные потоки незаконных средств обогащения циркулируют не в нижних сегментах власти, а начинаются на среднем и доходят до высочайшего уровня. Там, где есть различные возможности: заполучить выгодный контракт в госзакупках, оформить природный парк в собственность, протащить значимый инфраструктурный обьект (типа ЛРТ в Астане), создать квазихолдинг, получить в нем руководящую должность и привести с собой команду «управленцев», захапать несколько гектаров земли в центре города, снести историческое здание и влепить убогую многоэтажку, — вот именно в этой сфере процветает коррупция, которая не поддается изучению, подсчету и даже представлению – как такое вообще может происходить в стране в XXI веке.

Вор будет сидеть…

Касым-Жомарт Токаев в своем первом послании 2 сентября 2019 года заговорил о том, что требуется системная борьба с коррупцией. Первое, что он предложил – это восстановить антикоррупционную экспертизу проектов нормативных правовых актов центральных и местных органов с участием экспертов и общественности. Такая экспертиза когда-то была в Казахстане, но просуществовала недолго. Как-то сама собою испарилась, исчезла.

Также он предложил «законодательно и нормативно регламентировать ответственность первого руководителя ведомства, в котором произошло коррупционное преступление». (И эта норма была прописана в Законе «О государственной службе» уже в конце ноября 2019 года).

На этом все месседжи обществу практически иссякли, лишь антикоррупционная служба получила верховный втык и предупреждение за незаконные методы работы и провокационные действия. И в нескольких словах обрисована необходимость полноценной реформы правоохранительной системы. Быстро сказка сказывается, да не быстро дело делается. Несмотря на то, что минул год, ни к какой реформе еще не подступались.

И вот, наконец, в этом году, в своем втором послании президент Токаев сказал, что борьба с коррупцией становится более системной, больше внимания стало уделяться причинам появления коррупции, проводится превентивная работа.

«Теперь следует провести антикоррупционный анализ нормативных актов и рабочих процессов в госорганах и квазигоссекторе для выявления коррупциогенных факторов», — отметил президент.

Он делает ставку на общественный контроль — нужно, по его словам, обеспечить открытость и подотчетность обществу государственных органов и квазигосударственного сектора. Более того, общественные советы будут создаваться и в квазигосударственном секторе.

Предлагает создать единый информационный ресурс, где сведения о финансово-хозяйственной деятельности квазигосударственных структур, использовании бюджетных средств и другие актуальные данные будут доступны для обществ – «законопроект по вопросам доступа к информации желательно принять до конца текущей сессии». (Ой, было уже нечто подобное – Гражданский бюджет, проект как бы жив по сей день, только никакой ценности для общества не представляет, потому что выхолощен).

И тут господин президент разошелся не на шутку. Он предлагает с 2021 года ввести новое антикоррупционное ограничение для госслужащих, депутатов, судей относительно владения ими счетами, хранения наличных денежных средств и ценностей в иностранных банках.

Дальше – чуть больше: «Необходимо внести изменения в Уголовный кодекс в части ужесточения наказания за коррупцию сотрудников правоохранительных органов, судей, взяткодателей и посредников во взяточничестве».

В отношении лиц, допустивших коррупционные преступления, условно-досрочное освобождение применяться не будет. Нужно жестко придерживаться правила, пожизненно запрещающего работать на госслужбе или в квазигоссекторе лицам, уличенным в коррупции…

Наше мнение. Все, что сказал Токаев 1 сентября в отношении коррупции — это для чиновников тревожный жағдай.

Но есть опасность, что эти инициативы станут лишь сотрясением воздуха, а не потрясением для проворовавшихся и заворовавшихся. У исполнителей высочайшей воли вот уже 30 лет, простите за каламбур, нет воли к исполнению всевозможных поручений. И это нужно менять. И действовать еще жестче, чем декларируется.

Во-первых, следует провести люстрацию, и освободиться от руководящих должностей лиц, кто уже подвергался уголовному преследованию за коррупцию. Причем, это касается не только государственных органов, но и квазигосударственного сектора. Этот шаг будет свидетельством решимости власти бороться с коррупцией.

Во-вторых, следственные и судебные органы должны получить исчерпывающе точные инструкции, чтобы они не смогли (при желании) переквалифицировать статьи о взяточничестве в любые другие (раньше такой лазейкой была статья о мошенничестве). И здесь, опять-таки, требуется большая политическая воля к этому.

В-третьих, нужно переходить от точечной борьбы к тотальной. Президент должен отбросить свою дипломатичность и проявить характер. Ему, незамешанному в первоначальном накоплении капитала, многочисленных приватизациях и распродажах, по сути, далекому от претензий на все богатства страны, следует проявить волю и начать бороться с системой не на словах и не в будущем, а на деле и сейчас.

***

© ZONAkz, 2020г. Перепечатка запрещена. Допускается только гиперссылка на материал.

Новости партнеров

Загрузка...