Виртуальный саммит ШОС

Лидеры стран ШОС пытались наметить вектор дальнейшего развития организации

Индия, как принимающая сторона, провела очередное заседание глав государств ШОС в виртуальном формате. В качестве объяснения своего решения Нью-Дели сослался на высокую плотность графика премьер-министра Нарендры Моди. Непосредственно перед саммитом у него был визит в Вашингтон. Кроме того, Индии приходится прорабатывать вопросы текущего председательства в «Группе 20». График встреч действительно плотный, а опыта системной дипломатической работы у Индии пока не хватает.

 

ШОС

Фото: russian.cgtn.com

У других лидеров объединения также достаточно плотный график работы: президент Путин вынужден уделять постоянное внимание вопросам СВО, у президента Узбекистана на 9 июля намечены перевыборы, у премьер-министра Пакистана Шарифа сложная внутриполитическая ситуация. Председатель КНР также не подтвердил возможность визита. В подобной ситуации проведение очной встречи не являлось сверхнеобходимым.

Тем более, что в рамках объединения участвуют страны, имеющие разное понимание текущих геополитических процессов, и даже территориальные претензии в отношении друг друга. Так например, сама Индия в ШОС оказалась в изолированной ситуации – Китай и Пакистан фактически превратили ее в остров. И премьер-министру Индии действительно очень сложно искать общую повестку для столь разнородных участников. В итоге лидеры стран-участниц просто озвучили собственное видение текущего момента и перспектив развития организации. Этот обмен мнениями никого ни к чему не обязывает, просто дает возможность понять позиции друг друга.

Из позитива виртуальной встречи можно выделить фиксацию Ирана в качестве полноценного участника организации, а также выход на финальный этап процесса интеграции Белоруссии. Президент Лукашенко даже попытался «бежать впереди паровоза» и предложил начать интеграцию ШОС, ЕАЭС и БРИКС. Идея была воспринята с юмором: в реальности столь разные по идеологии и политической повестке структуры вряд ли могут быть объединены в сколько-нибудь обозримом горизонте.

Все это позволяет предположить, что в рамках ШОС страны-участницы постепенно переходят к пониманию разноскоростного формата работы: геополитические повестки игроков начинают расходиться. Пока это не столь заметно, но по мере расширения организации в ней будут складываться ситуативные союзы, в большей степени отвечающие интересам участников. Например, антизападный ситуативный блок России, Ирана и Белоруссии. Или блок стран, рассчитывающих использовать институты глобального миропорядка в своих целях – те же Китай и Индия.

Для Пекина ШОС давно выступает в качестве рамочной структуры, поддерживающей общие «правила игры» в Большой Евразии. Задача-максимум участия в этой организации – обезопасить северные и западные границы Китая, с чем ШОС в принципе справляется. Экономический трек евразийской интеграции Китай реализует в рамках другого геополитического проекта – Экономического пояса Шелкового пути.

Анонсирована проработка нового железнодорожного маршрута: Кашгар – порт Гвадар (Пакистан). Что потенциально позволит Китаю минимизировать риски существующие для морского транзита на Ближний Восток. Однако у проекта есть два препятствия: нестабильность в самом Пакистане, а также неурегулированный статус Кашмира (через который проходит часть ж/д маршрута). В текущей ситуации контакты с Индией для Пекина пока невозможны – предварительно необходимо урегулировать пограничные вопросы.

Для Москвы в текущей ситуации функционирование ШОС это также в первую очередь гарантии безопасности от Каспия до Тихого океана. Никакой экономической ставки на ШОС Россия не делает, данные вопросы Москве удобнее решать в рамках двусторонних контактов. Да и внутренние экономические возможности достаточно скромные – новые крупные региональные проекты они могут не потянуть.

Президент Казахстана участвовал в виртуальном саммите как преемник премьера Моди – в 2024 году Казахстан будет председательствовать в ШОС. Президент Токаев обозначил в качестве главной темы на следующий 2024 год проблему преодоления геополитического раскола между Востоком и Западом. Однако смущает содержательная сторона вопроса: что Астана могла бы предложить Востоку и Западу?

Будет интересно посмотреть, какие аргументы приведет Астана Пекину, Нью-Дели и Москве в качестве достаточного основания для отказа от формирования собственных макрорегионов и сохранения существующего однополярного проамериканского миропорядка. И тем более интересно, на что рассчитывает Астана в заочном диалоге с Вашингтоном и Лондоном, которые рассматривают и сам Казахстан и другие страны ШОС в качестве своих полуколоний.

Действительно интересным предложением Казахстана может стать согласование энергетической политики стран ШОС: и Иран и Россия хотели бы иметь более короткий выход на углеводородные рынки Индии и Пакистана. Вопрос запуска в реверсном режиме системы газопроводов «Средняя Азия – Центр» вполне реалистичен при наличии существенных рынков сбыта газа. Москва не раз говорила о готовности организовать своп-поставки в Иран. А в средне- и долгосрочной перспективе этот газопровод мог бы быть доведен и до Южной Азии.

Третий важный месседж Акорды – предложение реализовать на базе ШОС некие значимые региональные экономические проекты. Что само по себе достаточно странно: ШОС создавалась в первую очередь как структура поддержания безопасности между участниками. А уже она в свою очередь выступает «геополитическим зонтиком» для собственно экономических интеграционных проектов – ЭПШП и ЕАЭС.

Понятно, что Акорда пытается «разбавить» китайские и российские экономические инициативы в регионе, но кто может выступить аналогичным экономическим донором? Индия не имеет серьезных экономических интересов в Центральной Азии, поскольку отсутствует надежная логистика. Иран и Пакистан сами являются реципиентами внешних инвестиций. Внешние игроки (вроде западных стран) не будут ничего инвестировать в конкурирующий геополитический блок.

А в рамках Экономического пояса Шелкового пути (Китай) и ЕАЭС (Россия) все необходимые инвестиционные структуры уже созданы – это и Азиатский банк инфраструктурных инвестиций и Евразийский банк развития. А потому Астане скажут, что «не надо множить сущности сверх необходимого».

***

© ZONAkz, 2023г. Перепечатка запрещена. Допускается только гиперссылка на материал.