Тенге уже никогда не будет прежним: за годы своего существования он обесценился в 70 раз

Февраль – время для девальваций в Казахстане. Два раза значительное обесценение национальной валюты состоялось именно в этом месяце. Нацбанк РК любит троицу?

С ростом цен на нефть девальвационные ожидания населения постепенно стали улетучиваться. Еще бы – «черное золото» котируется вокруг отметки $70 за баррель, что внушает оптимизм.

Осторожные аналитики – вот парадокс! – все-таки прогнозируют небольшое удешевление тенге, поскольку тот самый фундаментальный фактор, в который так пылко верит население, почему-то не работает. Если нефть подорожала на треть от своего минимума, то, по идее, тенге должен укрепиться хоть сколь-нибудь заметно, однако этого не происходит.

В общем, никто не ждет и не верит в то, что наша валюта станет крепче, даже если нефть унесется за горизонт $100 за баррель.

***

О чем говорит тот факт, что при падении цен на нефть казахстанская национальная валюта удешевляется, а при восстановлении и росте цен на нефть – не укрепляется?

Первая и самая главная причина – сырьевая экономика. Нацвалюта любой сырьевой страны не может быть априори сильной. Фундамент слишком слаб, он подвержен всем ветрам, может в любое время просесть или рухнуть, ведь многое зависит от бюджета и необходимости его наполнить.

Вторая причина – лобби экспортеров. Они как никто другой очень сильно заинтересованы в слабой национальной валюте: чтобы уплатить налоги, при более низком курсе валюты им нужно менять совсем небольшое количество экспортной выручки.

К бенефициарам слабого тенге можно отнести также тех людей, которые в свое время получили инсайдерскую информацию о предстоящей девальвации и смогли не только не потерять свои накопления в тенге, но и значительно их преумножить. Им совершенно невыгодно, чтобы курс тенге опускался естественным образом.

Возможно, именно поэтому «свободный» курс тенге не такой уж и свободный – его регулирует невидимая рука.

К несущественным факторам, возможно, следует отнести еще один – если укрепить валюту – значит, в какой-то мере признать ошибки девальваций. Хотя даже первокурсник экономического факультета осознает, что макро- и микроэкономика – очень подвижная материя, их состояние может как улучшаться, так и ухудшаться. Но для тех, кто проводил девальвации – шаг к укреплению национальной валюты смерти подобен.

***

На излете 2017 года на одном из сайтов было опубликовано интервью экс-председателя Нацбанка РК Григория Марченко, который провел девальвацию тенге 4 февраля 2009 года.

Относительно своего опыта удешевления валюты он распространяться не стал, но зато «келимбетовскую девальвацию» упомянул отдельно: «У нас девальвация была проведена в феврале 2014 года и не очень понятно, зачем».

Подробностей не последовало, он лишь сказал, что тогда ему нужно критиковать прямо или косвенно руководство Национального банка, которое было после него: «Это не совсем этично».

Что касается девальвации 2015 года, то значительно удешевление тенге в августе и октябре, Григорий Марченко считает запоздалым. По его мнению, после российской девальвации в декабре 2014 года Казахстану следовало сделать компенсирующую девальвацию практически сразу. Но на нее не решались в течение 8 месяцев, из-за чего, дескать, очень сильно подкосились предприятия малого и среднего бизнеса.

«От девальвации страдают одни группы населения, но от отсутствия необходимой девальвации страдают другие группы населения. Это все очень сложно рассчитывать. Я таких работ и оценок не видел», — заявил экс-глава Нацбанка РК.

Со своей стороны, мы можем сказать больше: общественность Казахстана ни разу не видела каких-либо аналитических выкладок и математических расчетов ни по одной из проведенных девальваций. Если они существуют – покажите. Сверим эффекты, которые рисовались на бумаге с эффектами в экономике.

Но скорее всего, никаких расчетов нет – может быть, Кайрат Келимбетов и не врал насчет того, что узнал о девальвации 11 февраля 2014 года накануне ночью? Но будущий курс, конечно, вычислялся. Вероятно, такие расчеты существуют прежде всего в нефтяных компаниях, это экспортное лобби, это олигархи, вхожие в высокие кабинеты, это элита, способная оказывать влияние на решения подобного рода. Таких расчетов мы не увидим никогда – это табу.

***

Тем не менее, пока еще короткая, но довольно бурная история девальвации национальной валюты, сродни пылкому юношескому роману: все смешалось, какие причины, какие последствия, какие выводы?

Эта история, ее последствия, ее выгодополучатели и проигравшие, эти убытки, потери, — все это может стать предметом не одной диссертации. Опыт важен, его нужно изучать.

И тем более эта тема интересна, что обоснованность той или иной девальвации можно изучить с научным подходом.

***

Итак, даже если цены на нефть будут расти, тенге не будет укрепляться. Во-первых, национальная валюта с момента последней девальвации реально обесценилась. Во-вторых, в страны с обесценившейся валютой легче привлечь инвесторов – а мы в этом чрезвычайно нуждаемся. Правда, для того, чтобы инвестиции снова потекли в страну, одного валютного фактора мало – прежде всего, нужно улучшать инвестиционный климат, но это другая тема.

В общем, диверсификация экономики не происходит, и по-прежнему все надежды на нефть – планируется расширение ее добычи. Поэтому, естественно, возрастают риски более глубокого кризиса в экономике, если в нефтяной отрасли произойдут неприятные форс-мажоры. Поэтому аналитики полагают, что тенге будет качаться на качелях с размахом 310-350 за $1. Но все-таки с сегодняшнего уровня он больше склонен не к укреплению, а к ослаблению.

Инфографика

***

© ZONAkz, 2018г. Перепечатка запрещена. Допускается только гиперссылка на материал.

comments powered by HyperComments

Новости партнеров

Загрузка...