Казахстан для казахов. Мы все – ордынцы. Часть 5

Размышления «русскоязычного» по ходу выборов второго президента

Транзит пошел — держитесь! Часть 1

Казахстан в глобальном мире. Часть 2

Языковый вопрос: миф мифом вышибают. Часть 3

Кто такие казахи Часть 4

***

Выборы закончились, а самым ярким их моментом стало поспешное поздравление Амиржаном Косановым назначенного победителя, опережающее объявление ЦИКом хотя бы предварительных итогов. Кандидат «от оппозиции» заранее отмежевался тем самым от любых протестных акций и отреагировал на объявленное президентом Токаевым намерение (также опережающее еще не объявленную победу) наладить диалог с гражданским обществом. Но вот проблема для самой власти: ей проводить такой диалог … не с кем. Не считая «правящего» «Нур-Отана», обе парламентские спарринговые партии получили разгромные результаты – женщина от «Ак жола» (несмотря на симпатичность) принесла своей партии результат ниже проходного минимума, «народные» же коммунисты, выставив б/у кандидата, повторно получили просто позорный процент.

Амиржан КОСАНОВ

Так и наш друг Амиржан: его тщательно прописанная именно для этих выборов роль «национал-патриота» осталась незамеченной, народ реагировал на него, как просто на «оппозицию», благо, Косанов уже двадцать лет пребывал именно в ней. И теперь вся такая «оппозиция» потеряла, так сказать, вождя, хотя бы условного. Остается лишь заграничный Аблязов, как бы руководящий протестами из Франции.

И это при том, что Интернет забит убийственными роликами о ручках с исчезающими чернилами, о творимых самими комиссиями вбросах и подтасовках.

Короче, в первой части цикла мы предупреждали, что заведомый победитель выйдет из таких выборов неизбежно ослабленным, — так оно и вышло, и даже с перебором, пожалуй.

Боюсь, президенту Токаеву придется забыть благие обещания и просто пытаться сохранять ту же систему, так сказать, до конца. Но если все же разумное предвидение подвинет его на попытку организовать действительный разговор с обществом, ее придется опереть на признание, что общество – не однородно. И если брать только полюса, на одном фланге мы имеем непоколебимых сторонников казахской национальной государственности, на другом – сторонников интеграции с Россией. При неумелом обращении здесь можно доиграться до «украинизации», при умелом же – полезно соединить оба потенциала.

Жизненно важно найти объединяющее начало, и вам скажу, какое – Орда и ее исторические корни.

Идеологи курса Украины в Европу, обзывающие Москву Ордой, в общем-то правы. Но с какой стороны здесь место Казахстана?

Парад Победы 9 мая в этом году в Москве получился «домашним» — никого из иностранных гостей не было. Кроме … Нурсултана Назарбаева, принимавшего Парад вдвоем с президентом Путиным. И дело здесь вовсе не в том, что, назначив наследника, Первый президент Казахстана остался без дела и может теперь путешествовать. Присутствие Нурсултана Назарбаева на Красной площади было глубоко символичным, — это был не иностранный гость, а свой. В конце того же мая ему предстояло стать почетным председателей Евразийского экономического союза, причем слово «экономический» здесь как раз не определяющее. Покуда ЕАЭС далее торгового формата не продвинулся, торговля же между Казахстаном и Россией существовала и до образования Таможенного союза, здесь ЕАЭС ничего не добавил, как раз наоборот. Наоборот в том смысле, что торговые обороты как раз упали, по такой политически мотивированной цепочке событий: ЕАЭС – киевский Майдан – Крым, ДНР и ЛНР – санкции – контрэмбарго – опускание мировых нефтяных цен – девальвация рубля – догоняющая девальвация тенге.

Следующий — Путин

Той совместной экономики, ради которой создавался ЕАЭС, пока просто нет, она еще только начнет формироваться по мере политического (и идеологического, разумеется) оформления Евразийской интеграции. И здесь появление у ЕАЭС собственной, оформленной через появление почетного Председателя субъектности – это незаметный такой, но фактически прорывной шаг вперед. Вот увидите: следующим, кто займет пост Председателя Евразийского союза, уже без приставки «почетный», будет Владимир Владимирович Путин, чем и будет решена уже сейчас муссируемая проблема 2024 года.

Понятно, восстановление Союза сильно пугает и напрягает не только западные элиты, — в суверенном Казахстане тоже немало сил, ищущих способы противодействия. Тот же комсомолец-оппозиционер Амиржан Косанов, с его «декоммунизацией и десоветизацией», запретом на строительство российской АЭС и «курсом в Евросоюз». Но тогда почему сам Первый президент – безусловный строитель казахской национальной государственности и гарант суверенитета, столь демонстративно ориентируется на Москву?

Ответим вопросом на вопрос: а почему евразийская имперская идея, при всех чудовищных эксцессах ее исполнения, непобедима живуча – сколько бы ни обрушивалась, всякий раз восстанавливается заново?

Нурсултан Назарбаев поставил не превзойденный всесоюзный рекорд – правил Казахстаном три десятилетия, соединив собой принципиально разные исторические эпохи, экономические, социальные и идеологические уклады. То есть, в чем в чем, а в политическом чутье ему не откажешь. И, казалось бы, уходит человек красиво – подготовил давно ожидаемую и все равно неожиданную замену, зарезервировал за собой переименованную Астану, Совет безопасности, партию «Нур-Отан», — зачем тогда отягощать столь славное завершение сомнительной славой стать первым представителем не какого-то государства в составе ЕАЭС, а первым председателем собственно Евразийского союза? Который, по убеждениям-надеждам национал-популистов, скоро и непременно развалится.

А затем, дорогие нацпопы, что как раз это и останется, надежнее всего, в Большой Истории, — остальное масштабом помельче.

Чингисхан, Сталин – близнецы-братья, кто более матери Истории ценен?

Не будем отвлекаться на теорию, в науке понятия «цивилизации моря» и «цивилизации суши» давно и хорошо разработаны. История Европы идет от приморских городов-полисов, которые уже потом обрастали территориальной государственностью. Наша – евразийская – общая История, это охват громадных малозаселенных и разноязыких пространств единой организацией военно-деспотического типа, — ради совместного выживания.

Сравним империи Чингисхана и Сталина – это одно и тоже. СССР в послевоенных границах, когда Мао уже изгнал Чан Кайши на Тайвань, а в странах Восточной Европы установились коммунистические правительства, это даже несколько больше, чем монгольская империя времен наибольшего могущества. И все остальное совпадает: тоталитарная централизованная власть во главе с «вождем народов» и многолико многоязыкие народы, выстроенные в нацеленный на индустриальные стройки или на разгром врага единый народ-войско. Только вместо идеи покорения мира конницей – идея коммунистическая.

Да, наследники Чингисхана (а заодно и Тамерлана), Ивана Грозного и Сталина уже в следующих поколениях благополучно разваливали доставшиеся владения, но имперские механизмы организации пространства и народной жизнедеятельности неизменно воспроизводились. Великий русский историк (с тюркскими корнями) Иван Михайлович Карамзин сказал, что история Золотой Орды закончилась тем, что ханская ставка перекочевала в … Москву. В самом деле, чем было Московское княжество в монгольской (не забываем, что термин не этнический, а политический) империи, — небольшим улусом на западных границах. Далее шли неудобные для конницы леса, чужая – католическая – религия и совершенно иная организация власти и общества.

Как московское княжество стало Великим? – через получение от золотоордынского хана права сбора дани с других периферийных русских княжеств. А потом сработал научно-технический прогресс – появление пушек и ружей обнулило силу кочевой конницы, Орда же, не меняя сущности, элементарно переместила ставку из Степи вплотную к западной периферии – где была оседлость и ремесла, включая литейное дело и изготовление пороха.

В этом смысле завоевание Сибирского, Казанского, Астраханского и Крымского ханств – это никакая ни имперская российская экспансия, а закономерное восстановление рассыпанного и утраченного в ходе междоусобного распада Золотой Орды – уже под эгидой новой столицы. Равно как и включение трех казахских жузов в состав российской империи – добровольно ли, силовым ли образом проходил процесс, в любом случае это было восстановление заложенного еще Чингисханом евразийского имперского устройства.

Косанов опоздал – мы уже в… Европе

Есть ли сейчас альтернатива Евразийской интеграции, стоило ли поверить избирательной программе Косанова, предлагающей курс в Европу? Да, есть, мы сейчас в ней (точнее – под ней) и живем. В 90-е годы произошло небывалое, веками вожделенное, но не осуществленное в ходе польского, потом шведского, потом французского, потом общеевропейского (в составе Вермахта) нашествия на Москву, — Атлантика вошла в Евразию. Это должно было случится еще после февральской, 1917 года революции, потом после объявленного Лениным перехода к НЭПу, но – современный монгольский хан Иосиф Джугашвили закрутил по-другому. Отчего его личность и деятельность до сих пор вызывает столь современный интерес, яростные и противоположные оценки.

Зато в 1991 – получилось, западный ростовщический и торговый (но отнюдь не промышленный) капитал зашел в распавшийся СССР. Евразия стала периферией европейской цивилизации, — которая сама исторически поднималась на колониальном освоении и жила колониями.

Безусловно, подключение, пусть и колониального типа, к наиболее продвинутой и производительной цивилизации принесло нам многое, но от Истории с Географией не уйдешь и нынешний путь – тупиковый.

Да, мы уже в Европе – три четверти казахстанского сырьевого экспорта идет в Евросоюз, оттуда же идут иностранные займы и инвестиции. Крохотная Голландия вкладывает в Казахстан на порядок больше, чем Россия. И если бы мой друг Амиржан в конце своей программы стал депутатом Европарламента – это ничего не добавило бы.

Доллар по пятьсот?

Однако экспортно-сырьевая экономика, выстроенная на советской еще добычной базе, больше не растет и начала обратное сползание. Итоги 2018 года дали показатели экспорта-импорта на уровне 2010 года, и такой же десятилетней давности уровень ВВП — если не в двукратно девальвированных за это время тенге, а в долларах. По сравнению с лучшим для такой модели 2013 годом мы потеряли $24 млрд по экспорту, $16 млрд по импорту и $66 млрд по ВВП. При том, заметьте, что физические объемы экспорта по сравнению с рекордным 2013 годом нисколько не упали, наоборот – выросли. Все дело, во-первых, в «плавающем» курсе национальной валюты и, во-вторых, в свято охраняемом правительством и Национальном банке праве сырьевых экспортеров торговать вне юрисдикции Казахстана (при скучающем в хоромах РФЦА, вместе с судьями в париках, Кайрате Келимбетове). Соответственно, графа «экспорт» — это не вся валютная выручка экспортеров, а только та ее часть, которую они возвращают в Казахстан — для покрытия местных затрат. Девальвация же тенге эту возвращаемую часть пропорционально уменьшает – так экспортно-сырьевая схема, не теряя физических объемов, скукоживается.

В 2010 году, напомню, курс тенге к доллару был в среднем 147, и к рекордному 2013 году он почти не менялся, полегчал только чуть-чуть – до 152 тенге за доллар. Тогда как в среднем по 2018 году доллар стоил уже 345 тенге, а ныне «подползает» уже к 390.

Зато отток валюты на обслуживание внешнего долга и вывоз доходов иностранными инвесторами за эти десять лет вырос принципиально. В результате сырьевая модель из избыточной стала недостаточной. Национальный фонд (как раз со времен создания ЕАЭС и прямого следствия этого – украинского Майдана) переведен из накопительного в расходный режим и обратного перелома не предвидится. Наоборот, в этом году Нацбанк прогнозирует снижение экспорта на 15,8%, минусовое сальдо внешнего счета текущих операций размером в 3% от ВВП, а в следующем 2020 году – уже минус 4,2% от ВВП. А это 5 и, соответственно, 8 миллиардов долларов дефицита, которые придется дополнительно палить для удержания курса нацвалюты.

Выход один – девальвация тенге, куда-нибудь под 500 к доллару, и после выборов этот вопрос подспудно встанет. Причем если все предыдущие «неожиданные» девальвации – 1999, 2009, 2014 и 2015 годов — делались вдогонку ослаблению рубля, то на этот раз «спасительную» (для сырьевых экспортеров и заранее предупрежденных банкиров) девальвацию тенге придется делать суверенно. Путин прибегать к ослаблению рубля больше не будет, — для него, особенно после пенсионной реформы, это означало бы признание эффективности санкций и падение на колени перед Западом. К тому же, с внешним платежным балансом и резервами в России существенно лучше. В таких условиях вряд ли свеже-избранный президент рискнет самостоятельной девальвацией, но как еще поддерживать экономику, не сжигая валютные резервы (не случайно подъедаемые с другой стороны молдаванином Стати) – не понятно.

Пока будем как-нибудь держаться, внимательно вглядываясь в Украину, как наше полное отражение. С той только спасительной для нас разницей, что второго полюса, тянущего народ, нацию и государство на разрыв, у нас нет. Кроме отработавшего свою кандидатскую роль Косанова, с его «курсом в Евросоюз».

Отступать некуда – за нами Москва

Исторически, Москва как раз и была западной окраиной Орды, за ней – при тех же князьях-рюриковичах, при том же славянском населении и русском языке, были уже реально тяготеющие к Европе государственные образования. Было Великое княжество Литовское, впоследствии слившееся с Речью Посполитой, потом, после многократных разделов Польши, эти страны и народы как-то распределились между Российской и Австрийской империями, между православием и католичеством, но всегда местное население было «третьего сорта» — под кем-то. Не зря бандеровцы с одинаковым остервенением резали москалей, жидов и поляков.

Можно понять получивших власть в Киеве западенцев в их категорической русофобии, но, честно сказать, в голове не укладывается, насколько взрослые в общем-то люди, и в массе своей, и в элитах, верят в невозможное – в возможность Украины стать частью Европы. Не имея же реальных шансов войти в состав ни Евросоюза, ни ЕАЭС, Украина элементарно продолжит начатое – потерю населения, лучших кадров и промышленного потенциала.

Короче, время транзитное, а реперная точка – когда и «Турецкий» и «Северный-2» газовые потоки из России в Европу заработают, когда переизбранный президент Трамп сделает необратимым демонтаж МВФ, «Чимерики» и Евросоюза, а у Владимира Путина подойдет к концу его второй (из четырех) президентских сроков, — до нее еще достаточно времени.

И почетный председатель Евразийского союза тоже успеет выдвинуть ряд интересных инициатив.

В любом случае – мы с вами все – из Орды, и живем – в Орде. Времена ныне демократические, из Орды можно уехать в иные цивилизации и счастливо в них устроиться. Можно, живя здесь, мыслить, ощущать и вести себя не по-ордынски, — это пожалуйста.

И сама Орда, безусловно, перенимает и делает своими достижения иных цивилизаций – ордынское начало всегда контактировало с европейским, современная евразийская цивилизация – это смесь Орды с Европой.

Но вот от чего невозможно уйти – так это от ордынской сущности окружающего нас мира, неизменно требующей от нас одного – не разделения, а объединения. И служения не чужим, а собственным господам. От господ же тоже требуется главное – служить общему Отечеству, а не своим соплеменникам. И не тырить деньги у соотечественников, чтобы спрятать их заграницей.

***

© ZONAkz, 2019г. Перепечатка запрещена. Допускается только гиперссылка на материал.

Новости партнеров

Загрузка...