«Жизнь после пандемии: как быть и что делать?»

Сетевые СМИ о том, какими казахстанцы выйдут из коронавирусного кризиса

«Токаев: Даже если режим ЧП отменим 11 мая, меры, связанные с карантинным режимом, сохранятся» — Меры, связанные с карантинным режимом, сохранятся даже при отмене режима ЧП в Казахстане, заявил президент Касым-Жомарт ТОКАЕВ во время заседания Сената Парламента, сообщает 24.kz.

«Если ситуация не ухудшится, чрезвычайное положение отменят 11 мая. Однако меры, связанные с карантинным режимом, сохранятся. Это очень важно для безопасности населения. Я надеюсь, что наши граждане постепенно вернутся к нормальной жизни. У нас долгосрочный стратегический путь развития«, – заявил глава государства.

Он заявил, что необходимо реализовать комплексную программу по восстановлению экономического развития. А также важно извлечь уроки из сегодняшней ситуации.

Ардак СЕЙТКАЗИН – «Жизнь после пандемии: как Казахстан справится с кризисом?» — Перезагрузка во всех смыслах этого слова, пожалуй, затронет каждого. Рано или поздно коронавирус отступит, но течение жизни не сразу станет прежним. Мы еще долго будем отвыкать от масок. Возможно, перестанем ежедневно пожимать друг другу руки, будем обращать внимание на санитарные условия заведений и досконально всматриваться в посуду. Антисептики станут обязательным аксессуаром и будут стоять на каждом столе в кафе. Конечно, мы не станем меньше болеть, но однозначно поменяется наше отношение к гигиене.

Многие продолжат удаленную работу, с которой свыклись, наверное, все. Что поначалу казалось невозможным, теперь – явь. Даже для творческих коллективов. Не покидая собственной кровати, можно наслаждаться балетом в Большом театре России, понаблюдать за литературными чтениями в Германии и даже путешествовать. В онлайн перешли и казахстанские театры. Правда, вместо оваций и аплодисментов артисты получают лайки и комментарии. Искусство эти дни принадлежит Youtube и Skype. Переключились на онлайн-стриминг музеи, кинотеатры. Иными словами, дистанцирование задаст тренды на последующие годы. Эксперты говорят, что некоторые представители бизнеса захотят остаться в таком режиме. Полностью от офиса отказаться, разумеется, не получится, но число работников существенно уменьшится.

Престиж удаленной работы возрастет, вакансий на такие должности станет намного больше. Пандемия заставила задуматься многих работодателей о бесполезности трат на офисы. Наемным офисным сотрудникам сейчас эксперты советуют призадуматься о смене профессии. Карантин показал, что многие компании отлично справляются с меньшим числом работников. Профессии врача и курьера будут в особенном спросе. Востребованной останется и IT-сфера.

Бизнес, на котором зиждется приличная часть экономики страны, коронавирус положил на лопатки. К тому же пандемия совпала с резким снижением курса тенге, поэтому бизнес испытал двойной шок. В стороне не остался никто. Инфекция затронула все сферы бизнеса. Сильнее всего пострадали те, кто работает с конечным покупателем. Все «прелести» карантина и изоляции испытали общепит, развлекательные заведения, торговые центры, весь малый и средний бизнес. Но печальнее всего то, что выйдут из ситуации далеко не все. И как следствие – большое число безработных.

В первую очередь надо сказать, что в начавшемся кризисе повинен не только коронавирус, но и обвалившаяся нефть. И, надо признать, все страны осознанно вошли в этот кризис, чтобы справиться с вирусом. Эксперты в один голос твердят, что резко выйти из критической ситуации не получится. Возможен лишь плавный и долгий переход после застоя. Урон от инфекции экономика Казахстана уже ощутила. В I квартале 2020 года бюджет страны недополучил 378 миллиардов тенге.

Сауле ИСАБАЕВА – «Ничто нас не изменит? Какими казахстанцы выйдут из коронавирусного кризиса» — Восемь недель в режиме ЧП не могли не сказаться негативно на социальном самочувствии казахстанцев. Если в начале ими в основном двигали паника и страх за здоровье, то позже возобладали пессимизм, депрессивность и тревога за будущее. О том, какое общество мы получим на выходе, причем не только после снятия карантина, но и впоследствии кризисных проявлений в экономике, мы беседуем с социологом Сериком БЕЙСЕМБАЕВЫМ — Действительно, существует всеобщее ожидание кардинальных перемен после коронавируса и глобального карантина. Но, по моим наблюдениям, в этих ожиданиях больше страха перед будущим, нежели энтузиазма. Причем в последние несколько недель общественная тревожность возросла многократно. И, разумеется, не только в нашей стране, но и во всем мире. Как показывают опросы в других странах, люди больше боятся снижения своего уровня жизни, нежели заражения вирусом.

Если говорить про жизненные ценности казахстанцев, то, думаю, кардинально ничего не поменяется. Ситуация с эпидемией отодвинула на второй план другие темы, и есть ощущение, что происходит переоценка всего и вся. Однако ценностная трансформация – это долгий процесс, который обычно растянут на поколения. Поэтому важно обращать внимание на уже заданные тренды, влияние которых не отменит даже пандемия вируса.

На мой взгляд, самый главный тренд — это усложнение общества, в том числе по ценностным ориентациям. Последние исследования казахстанских социологов показали, что оно движется в сторону демократических и либеральных ценностей. Мы становимся более рациональными, открытыми миру, и при этом менее подверженными влиянию традиционалистских взглядов. Хорошо эти изменения иллюстрируется демографической статистикой – в Казахстане повышается средний возраст вступления в брак, снижается коэффициент брачности и падает рождаемость.

Не думаю, что языковой и национальный вопросы потеряют свою актуальность. Во-первых, как я уже сказал, наше общество продолжает усложняться. Возникают все новые социальные общности, которые претендуют на представленность собственной идентичности в публичном поле. При этом сама модель национальной идентичности, предложенная властями, остается не современной, не учитывающей реалии.

Ермек ТУРСУНОВНаталья КУРПЯКОВА – «Иногда и разлуки полезны» — Может ли нынешняя «коронавирусная реальность» изменить привычки людей: от обычного приветствия до утверждения новых форматов отношений в обществе. Об этом онлайн-беседа с известным казахстанским кинорежиссером Ермеком ТУРСУНОВЫМ — Не думаю, что пандемия оказала столь разрушительные действия на привычные вещи. Как здоровались, так и будут. Большинство. Есть, конечно, люди с «отзывчивой психикой», на которых это нагнетание страха подействовало серьезно. Полагаю, мы еще долгое время будем наб­людать в общественных местах людей в масках. И многие наверняка будут испытывать дискомфорт, если им протягивают руку в знак приветствия. Думается, и это пройдет.

Я лично за консерватизм. Вернее, за разумное понимание вещей. В этом смысле я не сильно доверяю образованию на расстоянии. У нас с этим делом вообще не было положительных сдвигов даже при непосредственном контакте учителей с учениками. За 28 лет у нас произошло примерно три школьных выпуска. Один хуже другого в качественном плане. Про вузы и говорить не хочется. Есть несколько положительных примеров, но это, скорее, исключение из правил. Я об этом постоянно говорю и пишу. Наша система образования сегодня не отвечает современным реалиям.

Разве можно прочувствовать энергетику театра на расстоянии? Расслышать нерв музыки через наушники, будь они самые навороченные в мире? Можно «пройтись» по Лувру, не выходя из дома… Но это, скорее, от безысходности. И вообще, мне думается, сегодня, в эпоху заменителей всего настоящего, люди сами потихоньку перестают испытывать настоящие чувства. Всему найдена замена. Это как в продуктах. Есть кофе и есть заменитель кофе. Есть сахар и есть заменитель сахара. Осталось придумать «заменитель жизни» – и все будет в порядке. Наверное, кого-то это устроит? Меня лично – вряд ли.

Мне всего достаточно. Все, что нужно, под рукой. Архивы, библиотека, фонотека и так далее. Единственно, конечно, не хватает встреч с теми людьми, в чьем живом общении я нуждаюсь. Но иногда и разлуки полезны.

Ерлан САИРОВЕрлан САИРОВ, политолог, член Национальнго совета общественного доверия – «Жизнь после пандемии: как быть и что делать?» — Стало модным использовать мысли о том, что «после вируса страна будет другой». Ничего подобного, человечество прошло через многие эпидемии и похуже этой. Никто автоматически не поменял свои нравы, моральные ценности. Люди и власть быстро все забывают. Чтобы поменять нравственные устои, природу государства, привить новые ценности, надо прилагать усилия.

Ясно одно, чтобы сохранить нашу государственность, нужны перемены, социальное расслоение общества, отсутствие общих ценностей граждан способны разъедать фундамент страны. Нам следует поменять социальный ландшафт общества и суть власти государства.

У нас государство богатое, а народ бедный. Этот казус и впредь будет мешать устойчивому развитию страны. Мы многомиллиардные стратегические ресурсы, как углеводороды, металл не смогли конвертировать в народное благосостояние. Абсолютное большинство населения — бедные. Олигархи, которые завладели источниками общественных благ страны, хотят зарабатывать в Казахстане, а тратить за рубежом и помогать чужестранцам. Нефтяная сфера монополизирована, работает по закрытым, серым схемам. В стране создан картель в угоду определенным группам. Он не заинтересован в создании открытых правил игры.

Политика государства должна быть направлена на решение насущных проблем человека, конкретного гражданина страны. Не человек ради экономики, а экономика и экономическое развитие ради человека и его достойной жизни!

Из карантина люди выйдут обедневшими, с пустыми карманами и потерей социальных и других перспектив. Нужны меры по поддержке покупательской способности граждан, также стимулирования трудовой деятельности в новых, сложных условиях.

Как уже сказано, крупный бизнес и банковский сектор не показали свою способность интегрироваться в интересы граждан. Они себя чувствуют «разделенными» от материнской части народа. Этот аспект может привести ко многим негативным социальным последствиям в будущем. Очень актуальный вопрос национальной безопасности — «национализация бизнес-элиты». Бизнес элита должна быть ориентирована на родную гавань, а не на всякие «куршевели» и заграницы.

Пандемия показала, что усиление роли государства как основного гаранта устойчивости страны, регулирующая роль в социально-экономическом процессе будет расти. Следует работать над логическим развитием демократической роли государства.

Вот главный алгоритм. Государство должно заботиться о своих гражданах, человек и его интересы должны стать главным приоритетом страны.

Жарас АХМЕТОВЖарас АХМЕТОВ, экономист – «Кризис показал неэффективность «ручного управления»» — В своем последнем заявлении президент ТОКАЕВ, среди прочего, заявил о том, что наша страна вступает в качественно новую фазу своего развития и поэтому предстоит осуществить масштабную, глубинную трансформацию экономики и системы госуправления.

Для будущего страны очень важно по какому пути пойдет трансформация государственного управления. Сейчас во властных кругах господствует парадигма «ручного управления». Регулярные сбои и ошибки такой системы управления объясняются субъективными эффектами – какой-то чиновник не доработал, какая-то программа не до конца продумана, — а не объективными изъянами такого подхода в целом. Поэтому до сих пор считается, что, если отладить систему «ручного управления» по образцу и подобию некоей эффективной корпорации, то все заработает как надо. Но при этом почему-то забывается, что все эффективные корпорации эффективны именно потому, что делегируют как можно больше полномочий своим структурным подразделениям, а в центральном органе остаются в основном вопросы стратегического характера. Все успешные корпорации, чтобы выжить и развиться, эволюционировали от централизованной системы принятия решения к распределенной.

Более того, исторический опыт нам говорит, что централизованная власть может существовать только в примитивных государствах. Если уровень развития общества растет, а в это время власть упорно держится за централизованность, она погибает. Самый близкий нам пример – Советский Союз. И наоборот, если власть трансформируется, отдавая больше полномочий из центра на периферию, а от части своих полномочий вообще отказывается в пользу Общества, то возникают такие примеры, как Южная Корея.

Страны с высоким уровнем централизации «ручного управления» могут успешно решать отдельные задачи. Например, победить в войне, как в случае с СССР. Но на достаточно длинном временном промежутке накопленные неадекватные решения ведут либо к исчезновению таких государств, либо вынуждают их отказываться от централизации, «ручного управления».

Если наши власти выберут трансформационные изменения в пользу децентрализации, отказа от «ручного управления» — это будет означать, что выбор сделан в пользу развития, прогресса. О противоположенном решении даже думать не хочется.

***

© ZONAkz, 2020г. Перепечатка запрещена. Допускается только гиперссылка на материал.

Новости партнеров

Загрузка...